Дрожа, он хватал воздух ртом и уже ни о чем не мог думать, кроме страха.
А Лорд почувствовал удивительный приток сил: теперь он был в своей стихии. Он повелевал, пусть пока одним-единственным слугой, но вот оно, начало. Осталось обрести тело, и уж тогда он точно не сделает ошибок. И слуге не позволит.
«Правда, Питер?» — подумал он, и тот что-то проскулил в ответ.
«Найди мне пару магглов, а еще лучше волшебника», — последовал приказ, и Питер понял, что ему предстоит.
Его дни слились в непрестанный кошмар — он только успевал таскать повелителю людей, а потом дрожать и радоваться тому, что это кто-то из них, а не он сам сейчас кричит в той комнате у камина…
* * *
В Малфой-маноре Барти Крауча встретили настороженно, собственно, вообще пустили только по протекции Снейпа. Правда, после экскурсии в тир и на оружейный склад недоверие поумерилось: фанатик Барти оказался вовсе не таким фанатиком. А уж как он на автоматы залип, надо было видеть.
— Да, Азкабан меняет людей слишком сильно, — вздохнул Люциус после того, как Снейп, проводив подопечного до антиаппарационного барьера, вернулся в его кабинет. — Никогда бы не подумал, что молодой Крауч окажется еще большим оппозиционером, чем мы.
— Ты судишь по тому, как он разглядывал оружие?
— Не только. Мне кажется, он сам бы не прочь его применить. Против того, кого боготворил еще несколько лет назад. Знаешь ли, это настораживает.
— Мне тоже так показалось.
— За то, чтобы никогда не попасть в такое место, где личности так… превращаются, — Люциус задумчиво поболтал в стакане огневиски.
— Да ладно. Простой Империус, и ты превратишься, всех-то дел.
— Ты держал его под заклинанием? Зачем?!
— Да просто предположил еще один вариант «катастрофического изменения личности». Как бы я его держал так, чтобы вы не заметили? Я не Мерлин, знаешь ли. Но за комплимент, — Снейп церемонно наклонил голову, — благодарю.
Люциус вздохнул. Ох уж этот полукровка, глаз да ухо держи востро. Ни слова в простоте не скажет.
— Все-таки я бы не стал брать его с собой.
— У него метка. А значит, если Лорд возродится, его вызовут вместе с нами. Не лучше ли быть готовыми?
— Ты прав. Но ты действительно ручаешься за него? Я еще слишком хорошо помню, как он на суде едва в припадке не бился.
— Я тоже кое-что помню. За этого, — Снейп подчеркнул голосом последнее слово, — определенно ручаюсь.
* * *
В небольшом домике в тупике Прядильщиков два Барти Крауча склонились над компактным думосбором, слегка столкнувшись головами.
— Осторожней, Крауч, — рявкнул один другому. — Око у меня, знаешь ли, не казенное. И утопить его в снейповском думосборе я не собирался.
— Так достань, — фыркнул тот в ответ.
— Не могу, оборотка держит. Хотя… я-то уже все видел, интересно, что ты сам скажешь. Да, вот еще, обрати внимание, Малфой тебе не доверяет. Просветишь меня потом, почему?
— Так и ты его не особо любишь.
— Ладно, смотри давай. Тебе понравится, — хохотнул Грюм, и настоящий Барти Крауч опустил голову в слегка парящую зеркальную жидкость.
Распахнув настежь слегка приоткрытое окно, влетела крупная сова, серой тенью метнувшись к Грюму, постепенно начинавшему принимать свой собственный облик, скинула ему на колени небольшой конверт и тут же улетела.
— Твоего отца уже приняли в Женевской клинике, — порадовал известием Аластор.
Барти вынырнул из его воспоминаний с диковатой улыбкой.
— Ну я же говорил, что понравится?
Гарри, Гермиона, Рон, Седрик, Флер и Виктор рассматривали схему лабиринта: благодаря тому, что Бэгмен сводил их к едва подросшим стенам, они довольно точно смогли изобразить его карту. Однако разночтения у них все-таки возникли, и немало: Виктор запомнил поворот направо, а Флер на том же месте — налево. Ну и так далее.
Вывод был прост: надо еще полетать над лабиринтом. Собрались, конечно, трое: Гарри, Виктор и Рон. И на следующий день вернулись уже с совершенно новой схемой. Каждый со своей. И готовы были спорить аж с пеной у рта, но…
— Это что, получается, он все время меняет рисунок? — предположила Гермиона.
— Упс!
— Жесть.
— Вот зараза!
Высказались только «летуны» — другим оставалось лишь кивнуть. Действительно, что тут скажешь?
— А может, это еще и иллюзия? Поэтому нам и показали все так просто? — изящный пальчик Флер коснулся рисунка. — Но места размещения… э-э… препятствий, должны быть неизменными, верно?
— Их могут закрыть иллюзией, и теперь, кажется, уже поздно что-либо разбирать, — нахмурился Седрик.
— Невилл, — промолвил Гарри.
— Что Невилл? — удивилась было Гермиона. — А, погоди… Думаешь, он знает, как растения…
— Даже если не знает, то захочет узнать! — хмыкнул Гарри. — Это ж наш суперботаник!
— Точно… Господа, вы не против подключения к нам еще одного участника?
— Если ты считаешь, что он может быть нам полезен, готов делить выигрыш на семерых, — улыбнулся Крам.
— Семь — хорошее число, c'est bon!
— Этот парнишка знает свое дело, я видел, — поддержал Седрик.
— Вы… вы что, действительно собираетесь… разделить на всех? И… на нас? — Рон покраснел.
— Конечно!
