Далеко впереди мигнул свет. По обе стороны бежали и пропадали за спиной эти чудовищно огромные металлические столбы, далеко впереди показались крохотные фигурки Мустафы и Абдуллы, призывно махали руками. Оба оглянулись на приближающийся поезд, разом прыгнули с освещенной насыпи и покатились в темноту.
– Брось меня, – прохрипел Ибрагим. – Беги сам…
– Нет…
– Я больше не могу…
– Тогда и я останусь, – твердо сказал Абу Саид. – И тоже погибну бесславно.
– Зачем ты…
Однако нашел в себе силы ускорить бег, впереди ярко блеснули огненные глаза громадного шайтана. Поезд вышел из-за поворота и, привычно сбрасывая перед мостом скорость, вышел на прямую. Абу Саид с отчаянием видел, что не успевают, состав сомнет их раньше, чем успеют добежать до края моста, Ибрагим стонал, хрипел, но каким-то чудом наддал еще, несся с обезумевшими глазами, даже опередил Абу Саида, они устремились навстречу огненному ревущему чудовищу, оно приближалось, налетело, ударило всей страшной мощью, но Абу Саид в последний миг успел дернуть Ибрагима в сторону, покатились с высокой насыпи оглушенные, почти потерявшие сознание, ударяясь о камни, столбики, наконец их охватила темнота, затрещали ветки.
На расстоянии протянутой руки послышался нервный смешок:
– Ну вы и джигиты… Такие игры!
Абу Саид прохрипел:
– Это все Ибрагим… Говорит, давай еще подождем, давай еще дадим фору паровозу… Лихой он у нас!.. Герой…
Рядом трещали ветки, там сопело, кряхтело, кашляло, потом донесся слабый голос Ибрагима:
– Но успели же?
Абу Саид улыбнулся в темноте. Из этого юного мюрида вырастет орел. Слышен был легкий металлический щелчок, затем голос Ибрагима:
– Мэри, это я, Джон. Газон подстрижен, электрик уже прибыл, так что я готов отправляться домой.
Тишина стояла такая, что Абу Саид услышал едва слышный голос из мобильника:
– Все понял, иду к тебе.
Ибрагим сказал:
– Скажи моим баранам, что я на этой стороне хлева. Скоро увидимся.
В тишине ждали напряженно, потом с высоты ночного неба донесся рокот мотора. Абу Саид повернул фонарик вверх, зажег трижды. Рокот стал слышнее. Абу Саид снова мигнул, сказал негромко:
– Всем в вертолет, быстро!
Абдулла спросил быстро:
– Неужели не увидим?
– Быстрее, – поторопил Абу Саид. – Поезд пойдет через три минуты!
Боевики поспешно выбирались из кустов, Абу Саид ощутил крепкое рукопожатие Ибрагима, теперь у него верный друг, который за него жизнь положит: спас от стыда, что для мужчины страшнее ада. Привыкшие к темноте глаза видели, как на фоне звезд скользнула крупная тень, пронзительно свистит ветер в бешено работающих лопастях винта.
Вертолет опустился, раскорячившись как стрекоза, боевики поспешно запрыгивали, там уже сидели четверо из группы Ибрагима. Ибрагима ощупывали, радовались. Из-за шума винта не слышно приближающегося поезда, блеснули яркие огни, поезд мчится быстрее, чем предыдущий, хотя явно тяжелее, все-таки танки и бронетранспортеры весят побольше, чем строительная техника, да еще четыре вагона с солдатами элитных частей. Абу Саид смотрел на часы, Ибрагим не выдержал, прошептал:
– Пора…
– Пусть влетит на мост.
– Он и так влетит, – сказал Ибрагим моляще, – его уже ничто не остановит!
– Зато может успеть затормозить тот, что внизу… Думаешь, почему выбрали именно это время?
Он протянул еще три бесконечно длинные секунды, поезд грохотал уже на середине чудовищно длинного моста, палец вдавил кнопку дистанционного взрывателя. Ничего не произошло, Абу Саид с похолодевшим сердцем нажал еще, потом еще. И тут рядом ахнул Ибрагим, разом вскрикнули все боевики.
Взрывы на таком расстоянии почти незаметны, слишком малы, но опоры, рассчитанные на пятикратную перегрузку, не выдержали одновременный взрыв десяти зарядов в самых критических точках и вес тяжелого состава: вся середина моста, нет, уже весь мост, от берега и до берега, медленно пошел вниз, как будто тонул в плотной воде. Сверхтяжелый состав еще мчался, края достиг в момент, когда рельсы с мостом вместе уже провалились метров на пять, если не на все десять. Локомотив ударился в бетонную стену с такой мощью, что земля вздрогнула. Абу Саиду показалось, что вертолет испуганно взмахнул лопастями, как стрекоза крыльями.
– Есть! – сказал Абдулла восторженно.
– Об этом напишут в учебниках, – добавил Мустафа.
Абу Саид ждал напряженно, наконец снизу выметнулся оранжевый сноп огня, поднялся, как атомный гриб, до неба, озарив его в зловеще красный цвет. Несмотря на треск лопастей, слышны были глухие взрывы, это рвались цистерны с бензином, на которые рухнул эшелон с военной техникой.
– Все, – сказал Абу Саид с сожалением. – Уходим. Налетят их спецчасти, мы и так обнаглели, смотрим, как в цирке…
Он дал знак пилоту подниматься, Ибрагим прокричал весело:
– Если проворонили такое… то теперь им нас не поймать!
– Английские свиньи беспечны, – согласился Абу Саид, – но нельзя попасться по дурости, как думаешь?
