Монарх, смерть которого обнародована сегодня, не был рожден Наследником Престола. Он был вторым сыном, имея в живых брата, отца и деда, и, следовательно, не существовало даже предположения, что ему предназначено быть властелином огромного царства, которое простирается от Ледовитого океана до Черного моря и к востоку по Северной и Центральной Азии до Владивостока и Сахалина. Но люди, без исключения, будь это князь или простой смертный, подлежат превратностям судьбы, против которой сам человек беспомощен. Со смерти старшего брата, Цесаревича Николая, последовавшей в Ницце весною 1865 года, 20-летний Александр Александрович стал Наследником Престола. Цесаревич Николай был годом старше его, и между братьями существовала дружба, происходившая, вероятно, от постоянного сообщества их, как в играх, так даже и позже в занятиях. Говорили, что Великий Князь Александр Александрович не получил такого тщательного образования, как его брат. Но это несправедливо: оба брата получили одно и то же воспитание под надзором графа Строганова. Их первый воспитатель и прежний учитель их дяди, Великого Князя Николая Николаевича, был немец, старавшийся внушить своим воспитанникам немецкие доктрины и привычки, и это худшее, что можно сказать об этом превосходном человеке, а позже воспитывал Александра Александровича известный панславист М. Победоносцев, сделавшийся впоследствии Обер-Прокурором Свят. Синода. Пока Великий Князь Александр Александрович не имел в виду своего высокого назначения, Он проводил свое детство беззаботно и счастливо. Храбрый, горячий, откровенный и доверчивый, Он предавался со всем пылом молодости играм и развлечениям, на которые благодаря своей чрезмерной силе был способен. Со смерти брата в Его характере и темпераменте произошла перемена, очень естественная в принце, развитом как умственно, так и физически, сознающем важность своего наследства и его ответственности. Цесаревич Александр уже в ранней молодости выказывал много самостоятельности, независимости в суждениях и силу воли, что впоследствии развилось сильнее. Он не был ни мрачен, ни строг; напротив, все имевшие возможность близко его знать восторгались Его хорошим расположением духа, его природным добродушием и его счастливой способностью забывать временно заботы Своего высокого положения и находить удовольствия в самом простом препровождении времени. Трагические обстоятельства, при которых Он наследовал престол и царствование, помраченное беспрестанными заговорами социалистов, еще более укрепили его спартанскую натуру. Социалисты ничего не добились: Он остался деятельным, решительным, бесстрастным и непоколебимым, причем успел сохранить и громадный запас юношеской свежести. Русский Император, Которому в разное время приписывали темные замыслы насчет Константинополя и Индии, виновный в гонениях евреев и диссидентов, был душой забав своих детей, любил физический труд и нередко Сам сгребал снег или рубил и распиливал дерево с восторгом юноши.
Он родился в С.-Петербурге 26 февраля 1845 года. Двадцати лет от роду сделался Наследником Престола и утвержден гетманом (атаманом) всех казачьих войск. Покойный Цесаревич Николай был помолвлен с Мариею Феодоровной, до этого Мария София Фредерика Дагмара, дочерью короля Христиана Датского и родною сестрою принцессы Валлийской; после его смерти союз был решен между молодой Принцессой и Цесаревичем Александром, а свадьба состоялась 9 ноября 1866 года в Большой церкви С.-Петербургского Зимнего дворца. Летом 1873 года Цесаревич и Цесаревна посетили Англию, где гостили у Принца и Принцессы Валлийских в Марльборо-Гаузе, что совпало с приездом туда же Персидского Шаха, впервые посетившего эту страну, и на котором сосредоточено было всеобщее внимание. Молодая чета видела Лондон в полном блеске среди зрелищ и пиршеств, устроенных в честь их и восточного властелина.
Они навестили своих родственников, герцога и герцогиню Эдинбургских, и других членов королевской семьи, присутствовали на представлении gala в опере Дрюффи-Лэнь, находились на королевской яхте во время морского смотра в Спитгэде, участвовали при приеме Шаха, посетили международную выставку в Альберт-Голле и были свидетелями военного смотра в Виндзорском парке.
Все вышесказанное, как и бал-gala в Бокингеме, скачки в Стокбридже, игра поло в Лилибридже, дали понять высоким гостям, как веселятся англичане, а также и их энтузиазм и сердечность по отношению к иностранным гостям.
