— Как мило, что ты думаешь, будто игра с ножом меня не заводит, мисс Бранкович. Или мне стоит привыкать называть тебя миссис Мори?
Кензо убирает руку с моей челюсти и хватает за запястье, прижимая лезвие к своей шее.
— Какими ещё извращениями ты можешь меня помучить?
— Ты не будешь…
— Что? Прикасаться к тебе? Это всего лишь закуска. Когда я захочу прикоснуться к тебе, я это сделаю, — мрачно рычит он. — Когда захочу, чтобы ты встала на колени и обхватила губами мой член, я сделаю это. И когда захочу трахнуть тебя, как вздумаю и где, я, черт возьми, это сделаю. Вот как ты мне отплатишь.
Дрожь пробегает по всему телу.
— К-как долго, — задыхаюсь я.
Кензо улыбается.
— Прости, что?
— Как долго, — выплёвываю я.
Он тихо усмехается.
— Ну, раньше это было бы только до тех пор, пока я не счёл бы твой долг выплаченным. Но теперь ты просто… моя. — Я дрожу, когда он снова берёт меня за подбородок, его взгляд прожигает насквозь. — Так что это навсегда.
В мгновение ока он убирает от меня руки. Еще секунду прижимается ко мне всем телом, позволяя своим глазам проникнуть в мою душу, прежде чем медленно отступает на шаг, унося с собой тепло своего тела и этот чистый, древесный, пряный аромат, и направляется к мотоциклу. Я позволяю себе самодовольно улыбнуться.
— Возможно, ты захочешь вызвать такси, — кричу ему вслед, и мой голос искрится от радости. — Возможно, твой байк не очень хорошо работает.
Он останавливается и оглядывается на меня, озадаченно подняв бровь. Я ухмыляюсь, вертя в руке складной нож.
— Опаньки!
Я противно хихикаю.
Кензо выгибает бровь, поворачиваясь, чтобы посмотреть на спущенные шины мотоцикла.
— О, это не мой.
Улыбка сползает с моего лица.
Дерьмо.
— Что, черт возьми, случилось с моим гребаным байком?!
Я съеживаюсь от грубого, дикого, разъяренного голоса позади. Мы никогда не встречались, но я узнаю его, как только поворачиваюсь и оказываюсь лицом к лицу со злодейским парнем, который выглядит как еще более вооруженная версия Кензо.
Такеши, его младший брат.
Я знаю все о Кензо и его братьях и сестрах.
Как говорится, познай своего врага.
— Серьезно!.. Что за хрень!? — Рычит Такеши.
Опять же, мы никогда не встречались. Но я знаю его репутацию. Она отражена в его прозвище в подпольных бойцовских кругах, которыми он увлекается: Боевая Машина.
Чёрт.
Кензо ухмыляется и приподнимает бровь.
— Очень дипломатично, принцесса.
— Это ты, чёрт возьми?! — Такеши рычит, как дикий зверь, и набрасывается на меня с яростью, которая меня пугает.
Я бледнею и начинаю пятиться, когда он приближается ко мне.
— Я… чёрт, прости…
— Ты простишь?! — рычит он. — Что за психопатка, чёрт возьми, эта сучка…
— Хватит, — рычит Кензо, когда Такеши делает ещё один шаг ко мне, и выглядит так, будто всерьёз хочет причинить мне боль.
— Я… я заплачу за это…
— НИ ХРЕНА СЕБЕ!!!
В этот момент происходит две вещи. Такеши бросается на меня, как грёбаный носорог на стероидах. Но Кензо тоже двигается.
И он быстрее.
Он вклинивается между мной и своим братом, поворачиваясь ко мне спиной и упираясь обеими ладонями в широкую грудь Такеши.
— Я сказал, хватит! — холодно рычит он.
Это… неожиданно.
Чёрт, я думала, что он будет рад увидеть, как его зверюга-брат разорвёт меня на части. Или, по крайней мере, позволит помучиться ещё немного. Я бы проиграла большие деньги на пари «Кензо встанет между вами и остановит это».
Такеши пристально смотрит на меня из-за спины своего брата. Но потом поворачивает голову и делает шаг назад. Кензо поворачивается и бросает на меня мрачный взгляд.
— Ты вернешь ему деньги за мотоцикл.
— Я… да, конечно…
— Мы закончили… принцесса.
Он поворачивается ко мне лицом и подходит ближе. У меня перехватывает дыхание, когда он наклоняется и снова касается губами мочки моего уха.
— Пока.
КЕНЗО
На секунду, когда дверь открывается, я вижу мужчину моего роста, который стоит так, будто за дверью спрятан пистолет. Затем его голубые глаза светлеют от узнавания. Тейт улыбается, отступает от двери и открывает её пошире.
— Мистер Мори, — он слегка кланяется, и мне удаётся не рассмеяться.
Тейт, сиделка моего отца, иногда бывает немного чудаковатый. Да, придурок ростом метр восемьдесят, который, наверное, может поднять штангу весом в триста килограммов, но всё равно придурок. Он любит формальности, что понятно, ведь он бывший военный — точнее, зелёный берет, — но то, как он всегда кланяется мне, словно я какой-то ультратрадиционный японский бизнесмен, почти комично.
— Просто Кензо будет нормально, Тейт. Правда, — улыбаюсь я, входя в просторную квартиру отца, и ухмыляюсь, мельком заметив, как он прячет пистолет, который точно был спрятан за дверью, под свободной курткой.
Первые годы своей жизни я ничего не знал о своём отце, кроме его имени. Никто из нас никогда не расспрашивал об этом мать, потому что было ясно, что ей всё ещё больно говорить об этом.
Позже, когда я отправился в Японию, чтобы узнать больше о своём прошлом и о связи с фамилией Мори, которую я и мои братья с сёстрами позже взяли себе, я думал, что Хидэо погиб, пытаясь сбежать со своей семьёй из мира якудза.
