— Все это твое, — шепчет он по-японски, похлопывая меня по руке. — Твоя сделка, заключать ее или нет. Решение, условия и исполнение зависят только от тебя.
Я вскидываю бровь.
— Ты хочешь этого?
Сота поворачивается, чтобы широко улыбнуться Леке, который явно не понимает, что мы говорим, не понимая японского.
— Я думаю, что он скользкая змейка, — говорит Сота, все еще приятно улыбаясь.
Мал кашляет, чтобы скрыть свой смешок.
— Думаю, что он продал бы собственную мать, если бы получил хорошую цену. Но… — Сота пожимает плечами. — Он, по-видимому, один из лучших. В любом случае, решение за тобой, Кензо.
Он поворачивается обратно к Леке и переходит на английский.
— Кензо и вы можете согласовать детали. У него есть мое благословение говорить как от имени своей организации, так и от имени моей.
Сота и Мал обмениваются взглядом, снова смотрят на меня, а затем направляются к бару.
— Он высокого мнения о вас, мистер Мори, — улыбается мне Лека.
— Сота-сан хороший человек.
— И хочу поздравить вас с бракосочетанием.
Я киваю.
— Благодарю вас.
— Анника прекрасная девушка.
Моя улыбка становится жестче.
— Да, это так.
— Не буду вас задерживать. — Он одаривает меня акулоподобной улыбкой. — Но давайте поговорим в ближайшее время…
— Мистер Лека, я буду прямолинеен.
Я уже принял решение. Мне не нравится этот ублюдок. Не нравится, как он говорит, как он заискивает, и мне очень не нравится, как он называет мою жену прекрасной девушкой.
Я фиксирую его ровной, деловой улыбкой.
— На самом деле не хочу привлекать больше людей прямо сейчас. Я доволен нашей текущей сетью. Ничего личного, конечно.
Его челюсть сжимается, и по его лицу проносится вспышка злобы.
— Мистер Мори, думаю, что если бы мы могли сесть и поговорить, я мог бы показать вам…
— Нет необходимости. Я принял решение. Опять же, ничего личного.
Его лицо темнеет.
— Возможно, нам стоит пригласить вашу жену к этому разговору.
Что-то злобное рычит и царапается внутри меня.
— Возможно, мистер Лека, — рычу я, делая шаг ближе, — вам стоит оставить мою жену за рамками этого разговора и полностью за рамками ваших мыслей. Потому что это, могу вам обещать, я восприму лично.
Валон хмурится. Затем откашливается, натягивая улыбку.
Да, он понял. Он может быть крутым у себя в маленьком феоде или когда он перевозит наркотики для Коза Ностра или турецкой мафии. Но здесь?
Здесь я, черт возьми, Император. Здесь он кланяется мне.
— Конечно. Мои извинения, мистер Мори. Надеюсь, что если вы когда-нибудь вернетесь к этому вопросу, вы будете держать меня в уме.
Жри дерьмо.
Я вежливо улыбаюсь, кивая.
— Конечно. Спасибо, что проделали весь этот путь до Киото, чтобы встретиться…
— О, у меня здесь были и другие дела.
Мне плевать.
— Тогда я надеюсь, что это принесет свои плоды, мистер Лека. И я надеюсь, что вы сможете провести какое-то время в Киото, наслаждаясь жизнью.
— Возможно, так и будет, — говорит он с тусклой улыбкой.
Я киваю, поворачиваюсь и пробираюсь сквозь толпу, чтобы найти Соту и Мала. По пути натыкаюсь на Аннику. Не могу сдержать улыбку, которая расползается по моему лицу.
Со своей стороны, она самодовольно сияет, держа в руках айфон в чехле с мангой для взрослых.
— Э-э… что это за хрень?
Она подмигивает.
— Телефон Тамуры. Не за что.
Я фыркаю, но затем качаю головой.
— Хороший улов. Это не меняет того факта, что мы не можем взломать айфон.
— Вы, мужчины, всегда думаете, что нужно применять грубую силу.
— Не уверен, что я слышал много жалоб от тебя по поводу моей грубой силы.
Её лицо заливается краской, и она закусывает губу, но потом Анника откашливается.
— Нет необходимости в грубой силе, когда у тебя есть пароль.
Моя челюсть отвисает, когда она спокойно набирает его, разблокируя телефон.
— Какого черта, ты его получила?
Она ухмыляется.
— Я видела, как он его набирает. Все, что мне нужно было сделать, это похлопать ресницами, показать немного декольте, спросить, не хочет ли он мой номер…
Я дико рычу и хватаю ее за руку, заставляя резко ахнуть. Большие голубые глаза Анники устремляются на мои, и их пронизывает дрожь чего-то горячего.
— Ревнуешь, что ли? — дразнит она, ее голос хриплый и сбитый.
— Может быть, мне просто не нравится, когда моя жена флиртует с другими мужчинами, — бормочу я.
— Это было нужно, чтобы получить телефон, — тихо бормочет она.
— Мне все равно.
Ее губы растягиваются в улыбке.
— Знаешь, у них есть название для этого.
— Да? Какое?
— Ревность.
Я закатываю глаза, пока она хихикает. Она опускает взгляд на телефон Тамуры, постукивает по экрану и корчит рожицу.
— Ладно, тут куча аниме-порно. Боже. — Анника хмурится. — Но еще… электронные таблицы. — Я наблюдаю, как она прокручивает. — О, да, вот оно. — Она поворачивает телефон ко мне. — Да, он ворует.
Анника передает мне телефон и хлопает меня по груди.
— Пойду выпью. Не за что.
Смотрю на нее, пока она ускользает. Думаю не о чертовом телефоне и даже не о Тамуре.
Я все еще думаю о ее губах.
КЕНЗО
— Ты ужасный муж.
Я усмехаюсь, поворачиваясь, чтобы показать Малу средний палец, пока он качает головой.
— Жена Накахары Туро только что снова украла Аннику.
