Конечно, были исключения. В основном, они касались детей георгиевских кавалеров. Но были и другие исключения. Например, в Звездном учились оба моих старших сына — Михаил и Георгий. Учились они в обычных классах, среди детей простых моих подданных. В основном — очень простых. Буквально из народа.
Я мог бы дать сыновьям домашнее образование. Самое блестящее.
Я мог бы их отдать в Пажеский Корпус.
Но я не захотел.
Наша новая элита формируется в Звездном.
Все мои дети будут учиться именно там. Сразу на трех факультетах одновременно — на военном, правовом и государственного управления. Это касалось и моих сыновей, и моих дочек, правда для девочек военный факультет заменялся на медицинский или педагогический. В конце концов, будущим королевам предстоит возглавлять в своих странах аналоги Ведомств Императрицы Марии. Остальные факультеты — по желанию. Благо университет позволял не только учиться на разных факультетах одновременно, но и засчитывал общие предметы в единый зачет. Ту же геометрию или политэкономию студентам не приходилось сдавать дважды. Мы давали будущей элите широту мышления и не требовали тупой зубрежки.
Немало у Императрицы было и отвлеченных вопросов.
Какова была мода и какие платья носили в двадцать первом веке? Как дошли до такого бесстыдства? Как быстро укорачивались юбки и как менялись купальники? Отдельно Машу поразило, что в моём времени значительная часть женщин предпочитала ходить в брюках. Мне пришлось даже сделать несколько набросков в блокноте, чтобы примерно показать, как это выглядело в плане женских брюк, платьев, юбок, и, главное, купальников. Нужно понимать, что для 1919 года легкомысленные купальники даже весьма сдержанных времен атолла Бикини были просто скандалом на уровне появиться в приличном обществе голой и плясать при этом неприличные танцы. После этого моя любимая даже замолчала на некоторое время, напряженно обдумывая тему. Уверен, что не вопросы приличий она обдумывала в этот момент. Да, Маша, конечно же, потомственная принцесса, тонкий ценитель моды, однако и запах будущей прибыли ей вовсе не чужд. До моей хватки ей далеко пока, но подметки на ходу у любого она срежет точно. Было бы у кого срезать.
В развитие темы брюк, жену заинтересовал феномен популярности джинс, как таковых, и одежды из джинсовой ткани в принципе. Она даже сделала себе какие-то пометки в своём блокноте.
И, разумеется, волшебный мир смартфонов, вайфая и прочего интернета не мог не восхитить Машу. Даже телевидение ей показалось чем-то скучным и обыденным. Ну, как радио, только с экраном — что-такого-то?
Конечно, практичная Маша подходила к вопросам сугубо практически. Если до смартфонов ещё далеко, то зачем сейчас забивать себе голову? А вот те же джинсы и прочий гардероб вполне могут принести доход сиротам и прочим призренным, о коих она так беспокоится. Ну, и о своем именном Фонде, конечно же, она не забывала. Там ведь деньги тоже нужны.
Очень сильно нахмурили Императрицу будущие размеры ядерных арсеналов на планете и истории о бомбардировках атомными бомбами японских городов. Японцев ей, конечно же, было совершенно не жаль, у нас тут не эпоха толерантности и гуманизма, но она спроецировала опасность на наши города и Императрице это не понравилось.
Много спрашивала про развитие военных технологий, про вертолеты, спутники, беспилотники и прочие танки. Таким не совсем женским темам было посвящено немало времени.
Что касается «женских тем» Ведомств Императрицы Марии, то Машу серьезно интересовало, как развивались системы образования и здравоохранения, как проводились прививочные кампании и профилактика заболеваний и всё такое прочее. Естественно её интересовали права женщин в моём времени и прочий феминизм во всех его проявлениях.
Говорили мы много и долго.
И ушел на это целый день.
Примечание:
КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. ВОСТОЧНАЯ РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ. 20 июля 1919 года.
Я смотрел в ночное небо. Маша мирно спала, тихо дыша мне в шею. Поправляю простыню, укрывая её нежную спинку.
Мне не спалось. В голову лезли всякие думы, а думать, как известно, вредно, поскольку от этого разные мысли в мозгу приключаются.
Что ж, есть время спокойно поразмыслить о делах, о жизни и смысле бытия в проекции на мою персону. И об изменениях со мной связанных.
