Текст воззвания «К французскому народу» гласил: «Французы! Дезертирство герцога Кастильоне (Ожеро) уступило Лион нашим врагам. Армия, которую я вверил ему, была в состоянии разгромить австрийские корпуса, противостоявшие ей, и обрушиться на тыл армии союзников, угрожавшей Парижу. Победы при Шампобере, Монмирайле, Шато-Тьерри, Вошане, Мормане, Монтеро, Краоне, Реймсе, Арси-сюр-Об и Сен-Дизье; восстания отважных крестьян в Лорьяне, Шампани, Эльзасе, Франш-Конте и Бургундии; позиция, которую я занял в тылу вражеской армии, отрезав её от резервов и складов, — всё это поставило наших врагов в отчаянное положение. Никогда французы не были так близки к тому, чтобы стать столь могущественными, а их внешние враги — беспомощными; они нашли бы свою гибель <…>, если бы не измена герцога Рагузского (Мармона) <…>. Неожиданные поступки этих двух герцогов, которые предали свою родину и своего императора, изменили исход войны.
<…>. Монарх, который теперь правит вами, уселся на мой трон благодаря тем же армиям, что так разорили нашу землю. Он будет стремиться укрепить своё положение с помощью и ради прав феодалов <…>. Французы! В изгнании услышал я ваши жалобы и ваши желания. Вы требуете правительство по собственному выбору — только такое и является законным <…>. Я прибыл к вам, чтобы снова овладеть своими правами, которые вместе с тем — и ваши права»[1520].
Второе воззвание («К армии»), естественно, перекликалось с первым: «Солдаты! Мы остались непобеждёнными. Двое людей из наших рядов предали нашу славу, свою страну, своего монарха и благодетеля. <…>. Ваши земли, ваше положение, ваша слава и слава ваших детей теперь не имеют больших врагов, чем эти коронованные особы, навязанные нам иностранными державами <…>. Я с вами! Приходите и становитесь под знамёна вашего вождя. Его жизнь неразрывно связана с вашей; его права суть права народа и ваши; его интересы, честь и слава — это ваши интересы, честь и слава!»[1521]
Читатель видит, как подчёркнута в обоих воззваниях главная мысль: мы не побеждены, нас предали, а «коронованные особы», которых внешние враги посадили нам на шею, стремятся вернуть Францию в феодальное прошлое. Наполеон знал, что именно эти слова французский народ поймёт и воспримет с готовностью восстать против Бурбонов и принять его, императора, как своего избавителя и от внутренних и от внешних врагов.
Когда текст обоих воззваний был готов, Наполеон приказал зачитать их во всеуслышание на верхней палубе своего брига. Все, кто был на судне, бурно приветствовали самого императора и всё им сказанное. «Хорошо, — похвалил он их. — Теперь надо изготовить побольше копий». П. Жермановский вспоминал, что «после этого все солдаты и матросы, умевшие писать, разлеглись на палубе. Им раздали бумагу, и они вскоре представили копии в количестве, достаточном для того, чтобы распространить их в момент высадки»[1522].
