Император Наполеон полностью

Когда же адмирал Кейт вместе с адмиралом Кокбэрном пришёл в каюту к Наполеону и вежливо потребовал: «Англия просит вашу шпагу!», «выражение лица императора, — по воспоминаниям очевидца, — стало просто страшным; положив ладонь на рукоятку своей шпаги, он, казалось, всем своим видом бросал вызов любому, кто попытается отнять её у него. Оба английских адмирала, честно исполнявшие приказ, противоречивший по своему духу их характеру, почтительно отсалютовали императору, покидая его каюту. Шпага Аустерлица осталась при нём». Сохранили свои шпаги и все четыре генерала императорской свиты: «англичане взяли только огнестрельное оружие»[1851].

8 августа 1815 г. «Нортумберленд» в сопровождении целой эскадры из четырёх военных (с войсками) и трёх транспортных судов отправился в долгий путь с южного побережья Англии к югу Африки. Перед отплытием Наполеон тепло простился с генералами Савари и Лаллеманом — все трое были в слезах, понимая, что расстаются навсегда. Следующим утром вся армада английских судов, занятая депортацией одного человека, вышла в океан, обогнув выгнутый на северо-запад берег Франции. Маршан на всю жизнь запомнил, как долго и отрешённо, в стороне ото всех, стоял на палубе император-изгнанник: сняв шляпу, он с каким-то ностальгическим трепетом вглядывался в очертания французского побережья и негромко, как бы про себя (но так, что Маршан, державшийся поблизости, услышал), произнёс: «Прощай, страна храбрецов! Прощай, Франция! Прощай!..»[1852] Теперь он знал — навсегда.

Командиром «Нортумберленда» был шурин адмирала Кокбэрна капитан Чарльз Росс, но Кокбэрн возглавлял не только эскадру английских кораблей в пути до острова Святой Елены. Он, согласно инструкции кабинета министров Англии, должен был возглавить администрацию (и военную, и гражданскую) на самом острове до прибытия туда генерал-лейтенанта Хадсона Лоу, который был назначен губернатором острова 1 августа, но пока задерживался в Лондоне, оформляя своё назначение. С Наполеоном капитан Росс, все английские офицеры и сам адмирал Кокбэрн держались, по свидетельству Маршана, «весьма любезно: если адмирал выходил на палубу, где уже находился император, то обычно спешил к нему и предлагал свою руку, которую император всегда принимал»[1853]. На обеды Кокбэрн приглашал Наполеона в офицерскую кают-компанию, где императору отводилось за столом почётное место.

Кстати, на первом же из таких обедов случился показательный инцидент с оттенком мелодрамы: из-за того, что Наполеон привык не задерживаться за обеденным столом, а Кокбэрн не знал об этой его привычке. Цитирую Андре Кастело: «Наполеон, которому надоело ждать, пока его обслужат, выпил чашку кофе и покинул столовую, оставив в полном недоумении своих английских сотрапезников, привыкших расслабиться и поболтать за столом, передавая друг другу традиционную флягу с крепким портвейном. Поэтому адмирал взбрыкнул.

— Кажется, генерал не читал лорда Честерфильда! — громко сказал он.

Филипп Честерфильд был автором книги по этикету, которая высоко ценилась в Англии.

1. Не забывайте, месье адмирал, — резко ответил ему Бертран, — что вы имеете дело с человеком, который был господином мира, и короли почитали за честь быть приглашёнными к его столу!

2. Да, вы правы, — вынужден был согласиться Кокбэрн»[1854].