Император Наполеон полностью

Между тем европейские монархи нервничали, получая информацию о планах освобождения Наполеона его сторонниками. Так, осенью 1816 г. в США жившие там маршал Э. Груши и генерал Ш. Лефевр-Денуэтт будто бы купили корабли с намерением атаковать британскую сторожевую эскадру у острова Святой Елены, но отказались от своего плана, узнав, что Лоу имеет приказ убить Наполеона при малейшей «попытке к бегству» (о таком приказе знали тогда, среди прочих лиц, английский посол в Вене А. Осмонд и генерал-адъютант Александра I А.И. Чернышев)[2021]. В следующем году Людовик XVIII дважды получал тревожные сообщения о целых эскадрах (то ли военных, то ли пиратских!), которые скрытно отправлялись из США к африканскому побережью с возможным заданием освободить Наполеона[2022]. А в 1820–1821 гг. Жозеф Бонапарт, благополучно устроившийся в американском штате Нью-Джерси, договорился с компанией знаменитого Роберта Фултона (с 1815 г., когда умер Фултон, её возглавлял Р. Ливингстон) о создании подводной лодки «Наутилус», экипаж которой должен был подплыть к месту прогулок Наполеона, обезвредить стражу и выкрасть императора. Однако, прежде чем этот план был задействован, Наполеон умер[2023].

В безысходном изгнании, на «проклятой скале», как называл он «свой» остров, Наполеон тосковал не только о мировой славе и прекрасной Франции, но и о семье — о матери, жене, сыне, братьях и сёстрах. Все они, кроме сестры Элизы, переживут его и узнают от тех, кто был с ним на острове, как часто вспоминал он «маму Летицию» и «Римского короля», добряка Жозефа и красавицу Полину, как верил в добродетель Марии-Луизы и даже завещал, после того как он умрёт, сердце его положить в спирт и отослать Марии-Луизе.

Чаще, чем к кому-либо, и с наибольшей нежностью Наполеон мысленно возвращался к своей «маме Летиции». «Что касается моей матери, — говорил он Лас-Казу, — то она заслуживает всяческого преклонения», а по свидетельству Ф. Антомарки, в самые тяжёлые минуты шептал, закрыв лицо руками: «Ах, мама Летиция, мама Летиция!..»[2024] Когда Лас-Каз вернулся с острова Святой Елены в Европу, он имел встречу с Летицией и так вспоминал о ней: «Мадам Мер[2025] сообщила мне, что всё её состояние находится в распоряжении сына и что сама она готова, если это будет необходимо, устроиться на любую работу. Одновременно она поручила мне, хотя лично не знала меня, немедленно от её имени взять в банке сумму, которую я мог бы посчитать необходимой для императора»[2026]. Лас-Каз взял с её счёта 30 тыс. франков. Летиция тут же добавила к ним ещё 30 тыс. и призвала братьев Наполеона последовать её примеру. Жозеф и Жером, а также Евгений Богарне сразу откликнулись на её призыв, хотя и разными (по возможностям каждого из них) суммами[2027].

Мобилизуя свою семью на оказание финансовой, моральной и прочей поддержки императору, Летиция не желала общаться с Каролиной и «отвергала все попытки дочери задобрить её», так как не простила Каролине измены её мужа, Иоахима Мюрата: «Только через твой труп мог твой супруг замахнуться на твоего брата, вашего благодетеля и повелителя»[2028]. О Марии-Луизе Летиция отзывалась пренебрежительно: «Почему моя невестка слоняется по Италии, вместо того чтобы отправиться к своему мужу на Святую Елену?»[2029]