Император Пограничья 2 полностью

Остальные охотники одобрительно загудели, поудобнее перехватывая оружие.

Силантий выступил вперёд и обратился ко мне:

— Мы готовы, воевода. Мы не подведём.

Я окинул взглядом свой небольшой отряд. Страх никуда не делся, но теперь он был загнан глубоко внутрь, а на поверхности остались лишь решимость и боевой азарт.

То, что нужно для победы.

Я стоял на вершине искусственной насыпи, созданной заклинанием Земляной вал, откуда хорошо просматривался весь наш импровизированный полигон.

Растянув сознание, я соединился со Скальдом, и увидел ситуацию с высоты птичьего полёта. Ощущение всегда было странным — будто моё сознание раздваивалось, и я одновременно смотрел своими глазами и глазами ворона. Проморгавшись, я сфокусировался на происходящем внизу.

Гаврила — самый молодой и быстрый из охотников — крался к краю деревни. Этому парню было всего двадцать, но товарищи уже прозвали его «Соколом» за зоркость и скорость. Сейчас его жизнь зависела именно от этих качеств.

Он спрятался за полуразрушенной стеной частокола, вскинул винтовку и сделал два последовательных точных выстрела. Звуки пальбы прокатились по деревне, отражаясь от стен домов.

Два Трухляка повалились на землю с простреленными головами. Гаврила перезарядил винтовку и выстрелил ещё раз. Взгляд человека-Стриги мгновенно обратился в сторону выстрелов, и он издал странный визгливый звук, привлекая внимание сородичей, который я услышал даже отсюда.

Ворон не соврал, этот бедолага выглядел крайне погано. На его груди подобно клубку змей, пульсируя и сокращаясь с каждым движением, тянулись щупальца, а на обезображенном лице вместо глаз зияли чёрные провалы. Краше только в гроб кладут…

Трухляки повиновались неозвученному приказу, стекаясь на звук со всей деревни. Они стремительно выбегали из темнеющих провалов домов и выпрыгивали из окон, нисколько не заботясь о сохранении целостности своей физической оболочки.

Гаврила выждал, пока вражеские силы не сконцентрировались достаточно, и бросился прочь от деревни, вверх по холму. Его фигура приковывала взгляд — он передвигался с неожиданной для человека его комплекции лёгкостью и уверенностью. В глазах молодого охотника светилась та наивная уверенность в собственной неузявимости, которую я повидал у сотен молодых воинов перед их первым настоящим боем. Для многих из них он оказывался последним. Бесстрашие юности, которая уверена, что смерть — это то, что случается с другими… Здесь будет иначе. Я позабочусь о том.

Через глаза Скальда в поле моего зрения возникли тонкие плиты Каменных заслонов, расположенные так, чтобы сформировать своеобразный широкий «коридор».

При недавнем нападении тварей на деревню Василисе это заклинание обошлось в 63 капли энергии, но лишь потому, что я продемонстрировал ей вариацию Каменного заслона, которая простояла бы пяток часов до утра. Такой запас прочности сейчас мне не требовался, и поэтому я создавал гораздо менее долговечные и гораздо более дешёвые плиты. Просуществуют они всего полчаса, зато и стоят по 5 капель за штуку. Во многом цена снизилась за счёт обретения мною ранга Ученика и врождённого родства со стихией земли.

Тем временем Трухляки, преследующие Гаврилу, вливались в этот коридор одной большой массой, неосознанно следуя нашему плану.

«Приманка» бежала по заранее размеченному с помощью морошки маршруту. Яркие ягоды хорошо выделялись на снегу, привлекая к себе взгляд.

В некоторых местах снег был счищен, образуя участки голой земли, расположенные в шахматном порядке. Для неподготовленного глаза это выглядело как случайные проплешины, но подобная беспечность дорого обошлась бы любому вставшему на эти площадки.

Первый Трухляк с разбегу наступил на участок без снега и тут же провалился в глубокую яму. За ним последовали ещё двое. Из ямы донёсся хлюпающий скрежет — это твари натыкались на заточенные колья, которыми было усеяно дно. Однако Бздыхов было слишком много, и основная масса продолжала преследование, перепрыгивая через ловушки.

Вскоре они наткнулись на яму покрупнее, замаскированную тонким слоем льда и снега. Три немёртвых тела провалились одновременно, и я активировал заранее подготовленный Грязевой капкан. Почва вокруг упавших Бездушных превратилась в вязкую, липкую субстанцию, засасывая тварей, словно зыбучие пески. Они барахтались, пытаясь выбраться, но лишь глубже погружались в склизкую жижу.

Некоторые Бездушные, видя судьбу своих собратьев, пытались перепрыгнуть открывшиеся ямы. В воздухе раздались первые выстрелы — это охотники, засевшие возле меня, метко сбивали тварей в полёте. Ещё несколько Трухляков попытались найти обходной путь, но их также подстрелили.

Наконец, Гаврила добрался до земляной насыпи, где его ждала вся дружина. Мне уже не требовалось острое зрение Скальда, чтобы увидеть, как Бездушные молчаливым прибоем приближаются к нашей позиции. Когда первая волна Трухляков оказалась у самого подножия холма, я активировал заранее подготовленную ловушку.