Пока я подбирал слова для дипломатичного отказа, Елизавета уже подлетела к родителям, щебеча о своём решении. Граф вздохнул, но кивнул:
— Что ж, детям нужно развлекаться, но, Прохор Игнатьевич, я буду весьма признателен, если вы проследите за моей непоседой. А то знаю я эти клубы и их публику…
Он многозначительно посмотрел на меня, и я понял, что отвертеться уже не удастся.
— Почту за честь, Николай Константинович, — церемонно склонил голову я, мысленно прощаясь со спокойным окончанием вечера.
Елизавета просияла, и уже тянула меня к выходу, что-то щебеча о диджеях, модных танцах и элитной публике клуба. Илья подмигнул мне и последовал за нами.
Что ж, видимо, этот вечер обещал быть богатым на сюрпризы.
Я ожидал Елизавету в просторном холле особняка Бутурлиных, разглядывая тяжёлые картины в позолоченных рамах. В основном — батальные сцены и портреты суровых предков, глядящих с молчаливым осуждением. Илья, уже успевший переодеться в более современный наряд — джинсы и нарядную рубашку с подвёрнутыми рукавами, с нетерпением поглядывал на широкую мраморную лестницу.
— Лиза всегда так, — вздохнул он, заметив мой взгляд. — Сначала настаивает на поездке, а потом заставляет всех ждать.
Не успел он договорить, как наверху послышались торопливые шаги, и появилась Елизавета. На ней была та же шуба, но под ней мелькнуло синее платье в цвет её глаз с открытыми плечами и тонкими лямками. Наряд был заметно смелее того, в котором она встречала гостей.
— Ну как? — она покружилась передо мной, на время сбросив шубу на руки подоспевшему лакею. — Прохор, что скажешь?
— Вы выглядите очаровательно, — вежливо ответил я, хотя внутренне лишь пожал плечами.
При всей миловидности девушки в глаза бросалась её непосредственность, граничащая с незрелостью. Это проявлялось и в том, как она постоянно требовала внимания, и в её манере речи, полной восторженных восклицаний. Сколько ей? Семнадцать? Восемнадцать? Для особы её возраста это нормально, но мне, прожившему долгую жизнь, овдовевшему в прошлом мире, имевшему детей, перенесшему войны и короновавшему себя императором, сложно было представить с ней даже отдалённое подобие романтических отношений. Для такого как я нужна совсем другая женщина — зрелая личность с собственными взглядами и характером.
Илья торопливо накинул пальто и подмигнул мне:
— Не стой столбом, Прохор! Карета подана!
«Каретой» оказался шикарный автомобиль с деревянными панелями на дверцах и хромированными фарами, настолько массивный, что мог с лёгкостью вместить шестерых. Спереди сидели водитель в униформе и хмурый телохранитель в строгом костюме. Мы расположились на заднем сиденье — Илья, я и Елизавета, которая, судя по её блестящим глазам, наслаждалась каждой минутой предстоящего приключения.
Двигатель заурчал, и огромная машина плавно тронулась с места. По местным меркам личный автомобиль был верхом роскоши, доступным лишь немногим. Сказывался статус Бутурлиных — одной из богатейших фамилий города.
— Прохор, признавайся, — Елизавета подалась вперёд, — это правда, что ты сам справился с людьми этой ужасной графини Белозёровой? В новостях говорят, она пыталась похитить твоего отца!
Я нахмурился. Подробности вчерашних событий явно не предназначались для юных ушей.
— В целом, да, — сдержанно ответил я. — Возникли определённые разногласия между мной и графиней. Она зашла слишком далеко, и мне пришлось вмешаться.
— А сколько их было? — не отставала Елизавета. — По маговизор сказали, что там находилась целая банда наёмников!
— Двое Подмастерьев третьей ступени и несколько сопровождающих, — пожал я плечами, не видя смысла скрывать общеизвестные факты.
Илья присвистнул:
— И ты справился? С двумя Подмастерьями? В одиночку?
— Благодаря некоторым преимуществам подготовки, — равнодушно ответил я. — К тому же у меня было несколько помощников из моей деревни.
— Поразительно, — покачал головой юноша. — Я думал, твои способности после дуэли с Осокиным преувеличены, но, похоже, это была лишь верхушка айсберга.
— Надеюсь, с твоим отцом все в порядке? — вежливо поинтересовалась Елизавета.
— Да, спасибо. Княжеские целители оказали ему необходимую помощь, и он идёт на поправку. Самое главное, что я успел вовремя…
— О! Мы почти приехали! — Елизавета захлопала в ладоши, глядя в окно. — Вот он, «Серебряный полумесяц»! К твоему сведению — это самый модный клуб в городе! Только сливки общества, никаких сомнительных типов!
Автомобиль остановился перед трёхэтажным зданием в стиле модерн с витражными окнами. Над входом сиял мерцающий за счёт светокамней знак в форме полумесяца. Швейцар почтительно распахнул дверь машины, и мы вышли. По просьбе Лизы шофёр с телохранителем остались в машине, лишь взяв с неё обещание звонить им при малейшей проблеме.
