— Заберите у него артефакт. А потом… можете делать с ним что хотите. Главное, чтобы всё прошло тихо.
«Может, проще просто заплатить?», — пронеслась в его голове отвлечённая мысль.
Платонов нашёл артефакт. Он понимает, для чего тот нужен.
Никто не смеет диктовать условия Терновскому. И никто не должен знать о его маленькой, но такой унизительной проблема!
— Всё понятно?
— Так точно, господин министр.
Он отключился и тяжело опустился в кресло. Скоро. Очень скоро он снова станет мужчиной. А этот деревенский умник получит урок. Последний в его жизни.
Я отключил магофон и задумчиво положил его на стол. Напряжение, звучавшее в голосе Терновского, говорило о многом. Министр недр и ресурсов Московского Бастиона сам вышел на связь, причём в столь поздний час. Нетерпение в его голосе было очевидным, и это давало мне преимущество. Обычно значительные фигуры такого уровня не опускаются до прямых переговоров, особенно когда речь идёт о деликатных вопросах.
Взглянув на древний артефакт, лежащий на моем столе, я усмехнулся. Грубо вырезанная женская фигурка с преувеличенными формами и едва намеченным лицом — казалось бы, примитивная вещица, но именно из-за неё погибла элитная команда Перуна. И именно из-за неё высокопоставленный чиновник был готов заплатить целое состояние.
Моего будущего контрагента следовало изучить глубже. Свои знакомства в кругах московской знати имела Василиса, поэтому мне требовалось поговорить с ней немедленно. За окном стояла глубокая ночь, но задача не терпела отлагательства.
Я подошёл к комнате, где разместилась Василиса, уже уставшая от празднеств. Лёгкий стук в дверь, и она открыла — в домашнем платье, с распущенными волосами, но совершенно бодрая.
— Что-то случилось? — взгляд её был внимательным.
— Мне нужна твоя помощь, — ответил я, проходя в комнату. — Только что разговаривал с Терновским.
Глаза Василисы расширились:
— С самим Игнатом Всеволодовичем?
— Да. Он заинтересован в нашей находке. Я назначил ему встречу в Покрове послезавтра. Предлагает три тысячи золотом.
Василиса покачала головой и присела на край кровати.
— Это крайне необычно. Неужели его нужда настолько огромна?..
— Именно поэтому я здесь, — я сел напротив неё на деревянный табурет. — Мне нужно знать всё, что тебе известно о Терновском. Каждую деталь, каждый слух, каждое наблюдение.
Василиса задумалась, убирая прядь волос за ухо.
— Терновский… Ну… я даже не знаю с чего начать…
— Начни с того, как он выглядит, — терпливо предложил я.
Девушке явно не приходилось ни на кого составлять досье, поэтому она с облегчением приняла мою подсказку.
— Грузный мужчина за сорок, высокий, с густой бородой и усами. Краснолицый, с пальцами как сосиски, — она слегка поморщилась. — Громкий, всегда говорит прямо, что думает. Мой отец считал его умным, но грубым. На балах всегда выделяется, говорит громче всех, смеётся так, что хрустальные люстры звенят.
— Характер? Слабости? Влияние? — я подался вперёд.
— Вспыльчивый до крайности, но так же быстро остывает. Может разразиться отборной бранью при дамах, а через минуту как ни в чём не бывало обсуждать тонкости оперы, — она помолчала. — Что до слабостей… ходили слухи о его первой жене. Он выгнал её с ребёнком. Поговаривали, что причина была в его… неспособности иметь детей.
Я посмотрел на каменную статуэтку с новым пониманием.
— А ребёнок?
— Очевидно, не его, — Василиса пожала плечами, — но официально никто этого не признавал. Слишком скандально. В высшем обществе такие вещи обсуждают шёпотом на балах, но никогда открыто.
— Влияние?
— Огромное. Министерство недр и ресурсов контролирует все Реликты и Эссенцию Бастиона, а также частично — окружающие месторождения. Государство имеет свою долю в их бизнесе. Он один из столпов Московского Бастиона и личный друг моего отца.
Я обдумывал полученную информацию. Связь с Терновским могла принести немалые выгоды. Человек его положения — ценнейший ресурс для развития Угрюмихи и будущей Марки. Особенно если у него есть личная слабость, на которому можно надавить.
— Думаешь, он действительно заплатит три тысячи? — спросила Василиса.
— О, нет, он заплатит гораздо больше… — задумчиво ответил я.
Мы проговорили ещё час, обсуждая все нюансы предстоящей встречи и разрабатывая стратегию. Постепенно у меня сложилась чёткая картина человека, с которым предстояло иметь дело — вспыльчивого, но умного; грубого, но влиятельного; обладающего серьёзной проблемой, которую он ни за что не признает публично.
Когда я наконец вернулся к себе, первые лучи солнца уже пробивались сквозь щели в ставнях. Мне предстоял насыщенный день — нужно было оценить трофеи и подготовиться к встрече со старостами.
Я разложил перед собой всю добычу и принялся оценивать наши трофеи. Не скрою, результат впечатлял. Передо мной сверкало разноцветное море кристаллов Эссенции, преломляя солнечный свет и рассыпая по стенам кабинета причудливые блики.
