— Ваше Сиятельство, успокойтесь, — попытался вмешаться Сабуров. — У нас всё ещё…
— Успокоиться⁈ — огненные вихри закружились вокруг князя, опаляя ковёр и занавески. — Ты три раза провалил поручение! Сначала он чудом выжил на эшафоте, затем ускользнул от дознавателя, а теперь ещё и расширяет своё влияение!
Громадная волна пламени сорвалась с рук князя и пронеслась над столом, превращая бумаги в пепел и опаляя стену за спиной Сабурова. Граф почувствовал, как его защитный амулет раскалился до предела, но выдержал.
— У меня есть решение, — твёрдо произнёс Сабуров, когда первая волна огня утихла. — Идеальное решение.
— Какое ещё решение? — прорычал Веретинский, хотя огонь на его руках немного уменьшился.
— Гон, — просто ответил Сабуров. — Приближается новый Гон.
Князь замер, внезапно заинтересовавшись.
— Продолжай.
— Согласно донесениям, в Пограничье наблюдаются все признаки приближающегося Гона. Бездушные начали организованные атаки, действуя координированно. Это классический признак, — Сабуров сделал паузу. — Вы хотели стереть деревню с лица земли? Бездушные сделают это за нас.
Веретинский медленно опустился в кресло, огонь на его руках полностью угас. Мимолётное усиление, и тлеющие занавески с ковром также погасли. Его лицо приобрело задумчивое выражение.
— Как скоро?
— По прогнозам наших магов, основная волна ударит через месяц, максимум полтора. Платонов не успеет подготовиться должным образом. Его деревушки будут сметены первым же ударом, — Сабуров позволил себе лёгкую улыбку. — Даже если он уничтожил одно логово, против сотен Бездушных у него нет никаких шансов.
Князь постукивал пальцами по обугленной столешнице, обдумывая услышанное.
— А если он выживет и в этот раз? — спросил он наконец.
— Маловероятно, но если такое случится… — Сабуров развёл руками. — Это будет означать, что он действительно исключительно одарённый маг. В таком случае, возможно, стоит не устранять его, а привлечь на свою сторону.
Веретинский недовольно поморщился, но не отверг идею сразу.
— Гон, значит… — пробормотал он. — Двадцать лет прошло с последнего… — отвлечённо произнёс он, будто бы мысленно находясь в прошлом.
— Я помню, Ваше Сиятельство, — склонил голову Сабуров.
— Хорошо, — решение князя прозвучало неожиданно твёрдо. — Подождём Гона. Но если Платонов переживёт и его… — в его глазах снова блеснули опасные искры, — тогда я лично отправлюсь туда и превращу эту деревню в пепелище.
— Разумное решение, — соврал Сабуров, испытывая облегчение от того, что кризис миновал.
— Держи меня в курсе всего, что происходит в Угрюмихе, — приказал Веретинский, делая жест, означающий, что аудиенция окончена. — И подготовь наши силы на случай, если Бездушные прорвутся глубже в княжество и окружат город.
— Будет исполнено, Ваше Сиятельство, — поклонился Сабуров, пятясь к двери, чтобы не поворачиваться спиной к князю.
Покинув кабинет, граф позволил себе перевести дух. Угроза Гона была реальной, это не ложь, и она могла сыграть им на руку. Либо Бездушные уничтожат Платонова и его поселение, либо Гон так ослабит его, что Веретинский сможет без труда довершить начатое.
«А если он и это переживёт…» — подумал Сабуров, спускаясь по лестнице дворца, — «тогда, возможно, стоит всерьёз задуматься о том, на чьей стороне лучше оказаться в будущем».
Тем более, что князь явно терял контроль — и над своим Талантом, и над рассудком. А долго такие правители у власти не задерживаются.
Мы двигались на юг от Прудищ, огибая Муром по широкой дуге. Колонна из моего «Муромца» и трофейного грузовика медленно продвигалась по просёлочным дорогам. Весенняя распутица превратила грунт в липкую кашу, заставляя двигаться крайне осторожно. Я вёл первую машину, периодически останавливаясь и проверяя, видит ли нас грузовик за поворотом.
Колёса «Муромца» то и дело проваливались в глубокие колеи, оставленные в прошлые разы тяжёлым грузовиком, заставляя двигатель надрывно гудеть. В салоне стояла напряжённая тишина — каждый из нас обдумывал произошедшее в Прудищах и готовился к ещё более сложному штурму в Кочергино.
— Как думаешь, они уже знают о случившемся? — нарушил молчание Тимур, сидевший на пассажирском сиденье и то и дело косившийся на дорогу в ожидании возможной засады.
— Вряд ли, — ответил я, объезжая глубокую лужу. — Связь между лабораториями строго регламентирована. Дмитрий говорил, что доклады делают раз в три дня. А охрана навряд ли станет звонить и болтать просто так — себе дороже выйдет.
Федот и Гаврила, расположившиеся на заднем сиденье, переглянулись. Несмотря на усталость после боя, оба выглядели собранными — прирождённые воины, отлично показавшие себя в деле.
— Значит, у нас есть преимущество внезапности, — Федот поправил автомат, лежавший у него на коленях. — Только охрана там серьёзнее, чем в Прудищах.
— Главная проблема — снайперы, — заметил я, вспоминая доклад Скальда. — Избавимся от них — остальное будет проще.
