— Запомните главное: автомат — это не дубина, это инструмент, — подвёл итог я. — Чистота, сухость, правильное обращение — и он не подведёт в бою.
Тренировочная площадка гудела, когда я подвёл туда рекрутов после получения экипировки. Дружинники Угрюма и отряд «Валькирий» уже выстроились в шеренги и отрабатывали приёмы под командованием Евдокима Соколова.
— Смирно! — рявкнул десятник, завидев наше приближение.
Все замерли в идеальном строю. Я оценил выправку наших бойцов — за последние недели они преобразились. Каждое движение чёткое, взгляды сосредоточенные, дисциплина безупречная.
Осталось добиться того, чтобы в случае тревоги они не носились, как безголовые курицы, и можно жить…
— Вольно. Сегодня к нам присоединяются новые соратники, — объявил я, указывая на группу новичков. — Они будут тренироваться вместе с нами и учиться нашим методам.
Рекруты Ракитина стояли, явно впечатлённые дисциплиной и численностью наших сил. Я заметил, как некоторые перешёптываются, с удивлением глядя на женский отряд «Валькирий».
— Что-то не так? — громко спросил я одного из них — молодого парня со светлыми волосами.
— Никак нет, господин, — тот вытянулся. — Просто… у нас женщины не дерутся.
— У нас тоже не дерутся, — ответила вместо меня Марья из «Валькирий», уверенно держа автомат. — Мы стреляем. Это эффективнее.
По рядам прокатился смешок, и я позволил себе улыбнуться. Атмосфера немного разрядилась.
— Десятник, — обратился я к Соколову. — Раздели рекрутов по группам и включи в общую программу тренировок. Пусть начнут с базовых упражнений.
Тот кивнул и начал распределять новичков. Вскоре тренировочная площадка заполнилась парами, отрабатывающими базовые приёмы рукопашного боя. Моё внимание привлёк шумный новобранец — коренастый крепыш с куцей тёмной бородёнкой, который громче всех комментировал упражнения.
— Да у нас в Иванищах и без этих ваших… финтов Бездушных бьют, — покачивая головой, вещал он, лениво повторяя движения за инструктором. — Я вот топором с одного удара Трухляка пополам рассёк, точно вам говорю.
Наши бойцы молча переглянулись. Я заметил, как Гаврила подошёл к Соколову и что-то тихо сказал.
— Ты, — окликнул Соколов крепыша, — раз ты такой умелец, покажи нам своё мастерство. Спарринг без оружия.
Говорливый рекрут самоуверенно усмехнулся, поигрывая мышцами и выходя в центр площадки.
— Я — Иван. А ты не переживай, парень, обойдёшься синяками, — подмигнул он Гавриле, который спокойно занял позицию напротив.
Я отметил, как изменилась стойка молодого охотника — незаметно, но фундаментально. Плечи чуть опустились, центр тяжести снизился, взгляд стал отстранённым, почти скучающим.
— Начали! — скомандовал Соколов.
Иван бросился вперёд с размашистым, мощным, но неуклюжим ударом. Гаврила словно растворился перед ним, плавно уйдя в сторону. Через мгновение оппонент уже лежал лицом в пыли — охотник мягким движением перенаправил его собственный импульс, добавив подсечку.
— Случайность! — выплюнул Иван, поднимаясь и отряхиваясь.
Вторая попытка закончилась ещё быстрее. Гаврила не стал уклоняться, а просто заблокировал удар, захватил запястье противника и одним плавным движением бросил его через бедро. Рыжебородый со стоном приземлился на спину, потеряв дыхание.
— Третий раунд? — невозмутимо спросил член моего специального отряда.
Иван, тяжело дыша, покачал головой.
— Как… как он это делает? — пробормотал он, глядя на соперника с совершенно иным выражением лица — уважением, смешанным с недоумением.
— Система, — отозвался десятник. — И никакой болтовни.
Наблюдая, как новички неуклюже пытаются повторить чёткие движения наших бойцов, я мысленно отметил, насколько же велика разница в уровне подготовки. Ракитин, при всём его энтузиазме, просто не имел системы обучения. Его люди были храбрыми одиночками, но не организованной силой.
Я же за то немногое время, которое руководил Угрюмом, вложил в своих бойцов крепкую базу. Отточенная постоянными тренировками она легко «била» любую лихость.
После этого мы отправились на стрельбище.
«Поставка от Фадеева критически важна», — думал я, глядя, как бойцы совершают одиночные выстрелы. В условиях надвигающегося Гона мы не могли позволить себе бездумно тратить ценные патроны на тренировки, а без практической стрельбы все эти упражнения были лишь половиной дела. Приходилось ограничивать количество выдаваемых боеприпасов.
Кроме того, до ранга Мастера мне не хватало 161 капли магической энергии. Ещё два ритуала могли бы решить эту проблему, но придётся столкнуться со Стихийным погружением. Между поглощениями Эссенции требуется перерыв и завтра я смогу провести новый ритуал. А с рангом Мастера откроются новые возможности — не только в создании оружия, но и в управлении стихиями земли и металла.
После обеда я нашёл время для тренировки с Егором. Сын кузнеца Фрола ждал меня у старой липы, где мы договорились встретиться. Первый взгляд на мальчишку насторожил меня — плечи опущены, взгляд потуплен, пальцы нервно перебирают край рубахи. Что-то явно случилось.
