— Ты проделал отличную работу, Александр, — искренне похвалил я, закрывая ящик. — Как именно они действуют? Нужно обучить бойцов правильному применению.
— При ударе стекло разбивается, высвобождая смесь. Распространяясь в воздухе, она создаёт облако радиусом примерно пять-шесть метров, — алхимик продемонстрировал руками примерный размер. — Любой маг, попавший в это облако, временно теряет способность использовать свой дар. Эффект длится от четырёх до шести часов, в зависимости от индивидуальной восприимчивости.
— А побочные эффекты? — поинтересовался я, вспоминая собственный опыт взаимодействия с Душегубкой.
— Лёгкое онемение конечностей, возможны головокружение и тошнота, — перечислил Зарецкий. — Ничего смертельного, но на боевые возможности влияет. Я добавил небольшую дозу нейротоксина из шипов Душегубки — он замедляет движения и реакцию. Это даст нашим бойцам дополнительное преимущество.
Я мысленно отметил необходимость сформировать специальные группы, вооружённые этими гранатами. Такое оружие требовало особой тактики применения. Правда, практиковаться придётся на чём-то попроще, ведь гранат у нас мало.
— Впечатляет, — я с уважением посмотрел на алхимика. — А как продвигается другой проект? Безопасные улучшения для наших бойцов на основе изучения подопытных Фонда?
Зарецкий сразу помрачнел, опустив плечи:
— Там сложнее, гораздо сложнее, — он потёр лоб, оставляя ещё один след от какого-то порошка. — Есть определённые подвижки, но до прорыва ещё далеко.
Он прошёлся по комнате, собираясь с мыслями:
— Я смог частично воспроизвести эффект Агнолии — повышение переноса кислорода в крови. Создал экспериментальное зелье, которое даёт примерно двадцать-тридцать процентов эффекта от полной трансформации, но без риска мутации. Эффект держится около суток.
— Это уже неплохо, — заметил я.
— Также есть многообещающие результаты с Костяницей, — продолжил алхимик. — Я пытаюсь увеличить длительность действия наших укрепляющих зелий. Вместо месяца эффект мог бы длиться до полугода с одной дозы. Но главная проблема остаётся нерешённой.
— Повышенный метаболизм? — догадался я.
— Именно, — кивнул Зарецкий. — Все эти улучшения требуют энергии. Много энергии. Без её стабильного поступления начинается истощение. Я пытаюсь создать стабилизирующий компонент, но это сложнейшая задача.
Он виновато развёл руками:
— К тому же, я также начал работать над зельями для сельскохозяйственных работников — те, что мы обсуждали на собрании. Приходится рассеивать внимание, поэтому прогресс в исследовании улучшений несколько замедлился.
Я понимающе кивнул. Продовольственная безопасность Угрюма была не менее важна, чем военная подготовка. Бездушных невозможно победить голодными бойцами.
— Ты многое успел, Александр, — я положил руку ему на плечо. — И всё сделал правильно. Сельскохозяйственные зелья сейчас действительно приоритетны. Чтобы пережить Гон, нам нужно не только оружие, но и еда.
Молодой алхимик благодарно кивнул, явно обрадованный пониманием с моей стороны.
— Есть что-то, что тебе необходимо для ускорения работы? — спросил я. — Оборудование, реактивы, помощники?
Зарецкий на секунду задумался, прикусив губу, словно не решаясь озвучить просьбу:
— Вообще-то, да… Мне бы очень пригодилась помощь Анны Соболевой, — наконец выдавил он. — На постоянной основе. Она хорошо показала себя на совещании, отлично разбираясь в Реликтах и их свойствах, а её опыт работы над стабилизацией нестабильных кристаллов Эссенции может оказаться бесценным для решения проблемы метаболизма.
Я усмехнулся, наблюдая лёгкий румянец на щеках алхимика:
— Попробую организовать это, — кивнул я. — Хотя вполне возможно, что Арсеньев тебя за это побьёт.
— Арсеньев? — недоуменно спросил Зарецкий, а затем его глаза расширились в понимании. — Ох… они… А я и не заметил.
— Именно поэтому из тебя получается лучший алхимик, чем дипломат, — я с трудом сдержал улыбку. — Насколько мне известно, Максим и Анна проводят вместе почти все вечера.
Зарецкий смущённо почесал затылок:
— Я был слишком погружён в исследования… Тогда, может, не стоит её отвлекать? Я справлюсь сам, просто потребуется больше времени.
Я покачал головой:
— Не волнуйся, мы найдём компромисс. Возможно, Анна сможет работать с тобой в дневное время, оставляя вечера для личной жизни. Или вы с Арсеньевым сможете объединить проекты — его магические сельхозорудия и твои улучшающие эликсиры дополняют друг друга. Ну и, наконец, ты можешь поговорить с ним, как мужчина с мужчиной и прояснить свои намерения, — хмыкнул я.
— Это… могло бы сработать, — задумчиво протянул алхимик, проигнорировав мои последние слова. — У нас действительно есть пересекающиеся области исследований.
— Тогда организуем совместное обсуждение, — решил я. — А пока перераспредели свои силы. Сосредоточься на сельскохозяйственных зельях — они должны быть готовы к началу полевых работ. Исследование улучшений для бойцов можно вести параллельно, не форсируя.
Собеседник кивнул, а затем его взгляд упал на разобранный пулемёт на моём столе:
