Я помню Ингрид.
Светлые косички, веснушки, заливистый смех. Она часто играла во дворце с детьми слуг.
— Я тогда поклялся, — Трувор сжимает кулаки, — что найду способ остановить это. Любой способ. И я нашёл.
Трувор разворачивает передо мной очередной чертёж.
— Посмотри на эту конструкцию. Я зову её Маяком Жизни. Несколько пафосно, но что поделать… — он крутит ладонью, как бы говоря, что даже для него неизбежны простые человеческие слабости. — Шесть энергетических узлов с гигантскими Зёрнами, система резонансных усилителей. Этот артефакт защитит тысячи людей, сделает их сильнее, здоровее, умнее. Ни один Алчущий не сможет приблизиться. Дети смогут играть за стенами города, Хродрик. Смогут ходить к колодцу без страха. Разве их жизни не стоят жертв, принесённых ради создания такого артефакта?
Прошлый «я» изучает схему, несмотря на отвращение к философии брата. Конструкция действительно гениальна — каждая деталь просчитана с математической точностью. Центральный резонатор, волновые излучатели, система фильтров некротической энергии.
Именно ради этого момента будущий «я» и решился на опасный ритуал. Мой взгляд скользит по схемам энергетических контуров, запоминая расположение резонансных усилителей, точки подключения кристаллических матриц, формулы расчёта волновых частот.
Каждая деталь критически важна. Я впитываю информацию, словно губка — углы наклона опорных балок, материалы для изоляционных слоёв, последовательность активации энергетических узлов. Всё это понадобится Арсеньеву, Карпову и Соболевой для воссоздания гениального изобретения моего брата.
Во время разглядывания чертежа часть меня — та часть, что помнит всех погибших — хочет согласиться. Поразительный артефакт, но…
— И сколько таких как Ингрид должно умереть, чтобы наполнить эти Зёрна силой? — спрашиваю я, указывая на шесть энергетических узлов. — Сколько детей мы принесём в жертву ради защиты других детей? Гигантские Зёрна редки — Жнецы уходят от прямого столкновения, командуя издали. И судя по чертежу, далеко не каждое Зерно подойдёт этому артефакту. Значит, Жнеца придётся создавать искусственно. Откармливать! — выплёвываю я. — Я верно понимаю твой замысел?..
Перо в руке Трувора ломается пополам. Он смотрит на обломки с удивлением, словно не понимая, как это произошло:
— Я… я думал об источниках. Преступники, приговорённые к смерти. Смертельно больные, которые всё равно…
