- Опять правильно. И сейчас засуну. Нечего было мне голову морочить!
Маша рухнула обратно на койку. Ну вот и приехали. Только больницы для полного счастья ей и не хватало. Единственное, что радовало - острая боль немного утихла, уступив место ноющей, которая была гораздо меньше по силе. Может, это и к лучшему, что сегодня с утра она решила зайти в лабораторию к Провизору. Во всяком случае, не нужно больше делать постыдной тайны из того факта, что её поцарапал вампир. И хватит глотать обезболивающие таблетки. Невозможно пить их всю жизнь хотя бы потому, что единственная упаковка кончилась вчера вечером.
- Провизор, - тихо попросила она, - я не хочу в клинику.
- А придётся. И вообще, Маша, ты же обещала мне говорить, если с тобой что-нибудь случится? Помнишь? Обещала.
- Я не помню, - соврала Маша и, повернув голову к стенке, принялась изучать белоснежный кафель, которым были выложены стены лаборатории. За дверью жил своей привычной жизнью Центр: слышались шаги и голоса.
Рядом с ней Провизор разговаривал по телефону.
- Пойдём, дорогая, - сказал он наконец, - я договорился, тебя отвезут. Ты сможешь сама выйти на стоянку?
- Что за вопрос, - легкомысленно махнула рукой Маша. Она приподнялась на локте, и в этот миг острая боль поднялась вверх и ударила в голову. В глазах на секунду потемнело. Но девушка только сжала зубы и опустила ноги на пол.
- Всё в порядке? - недоверчиво поинтересовался Провизор. Он прекрасно понимал, что никакого порядка нет и быть не может. Но легче было заставить Галактуса поклоняться богине смерти, чем переубедить Машу.
Она кивнула.
...Приходилось печатать одной рукой: другой шевелить запретили, потому что в неё была воткнута тонкая иголочка капельницы. Это приносило изрядные неудобства. Маша полулежала на кровати в одноместной белоснежной палате, на её коленях удобно расположился ноутбук. Боль улеглась ко второй половине дня, как и обещал врач, но отпускать её всё же никто не собирался.
Лежать, глядя в потолок, было выше её сил, да и от едва различимого здесь запаха лекарств её начинало подташнивать. И чтобы хоть немного отвлечься, она попросила принести ей портативный компьютер. Так, во всяком случае, она сможет вовремя закончить отчёт об убийстве графа Вороновского, который так и не смогла написать за эти три дня.
Но печатать одной рукой - та ещё пытка. Маша откинула голову и закрыла глаза - от долгого сидения перед монитором перед ними плясами разноцветные круги. Насладиться этим зрелищем ей как всегда не дали: настойчивое гудение телефона было невозможно игнорировать. Он изо всех сил вибрировал, лёжа на тумбочке. Маша взяла трубку.
- Да?
На том конце провода оказался Галактус.
-Провизор сказал мне, ты в больнице. Что произошло?
- Ох, - замялась девушка, - думаю, ничего страшного. Просто возникла одна небольшая проблема...
- Тебе не потребуется помощь?
- Нет, конечно нет. Я думаю, сегодня же я отсюда уйду, - заверила его Маша.
- В таком случае, я спокоен. У меня есть для тебя дело. Посмотришь его завтра?
- Не буду терять времени. Если мне вышлют материалы, я займусь ими прямо сейчас.
- Договорились, - утвердительно произнёс Галактус. И совсем уж тепло добавил: - Выздоравливай.
Через несколько минут Маша читала присланные ей документы с экрана своего компьютера. Первым, что попалось ей на глаза, была фотография девушки. С обыкновенной любительской карточки на Машу пахнуло холодным, солёным ветром. Серое небо и такое же серое море сливались на горизонте в единое целое. А на переднем плане, на большом валуне, опустившись на одно колено, стояла молодая светловолосая девушка. На её губах играла задумчивая улыбка.
Во внешности девушки не было ничего особенного: обычные джинсы и голубой джемпер, совершенно тривиальные светлые, чуть вьющиеся локоны до плеч. На вид незнакомке было лет восемнадцать или около того. Если бы Маша встретила её на улице, то скорее всего просто не обратила бы не неё внимание. Судя по внешности, эта девушка была из тех, кто никогда не приступает закон - ни государственный, ни моральный.
Маша снова щёлкнула по уже закрытой фотографии. Было в ней что-то такое, несоответствующее голубому джемперу и светлым волосам. Глаза. Маша продолжала чувствовать её взгляд, даже когда фото пропало с экрана компьютера. У незнакомки был на редкость тяжёлый взгляд. Такого взгляда не может быть у обычной восемнадцатилетней девушки.
