Люди, сидящие ближе всего к Императору, являлись, чаще всего, принцами и принцессами. А дальше по должностям: в передних рядах более благородные семьи, а в задних — гости, имеющие не самые высокие статусы.
Она уже раньше спрашивала у своего отца, и он ей рассказал, что у нынешнего Императора с самого начала было девять сыновей и три дочери. Но некоторые случаи, включая болезни, забрали трех принцев и одну их сестру. В результате осталось всего восемь детей, почти все из которых присутствовали в зале.
Напротив Четвертого принца сидел мужчина в строгом, простом черном халате. Он выглядел таким же красивым, но по темпераменту казался совершенно другим. Его тело излучало, скорее всего специально, убийственную ауру, которую можно было отточить только на поле боя!
Невероятнее было то, что Ноам вместо дворца выбрал военные казармы, вместо роскошных обедов, полных сытных блюд — грубую кашу с дикими фруктами и овощами, собранными по пути. Большинство своего времени он проводил именно в походах.
Еще когда ему было пятнадцать лет, он вступил в Северо-Западную армию, очень быстро став знаменитым благодаря упорству и силе так, что его репутация среди воинов стала безукоризненной.
По этой причине, хотя его мать и была всего лишь одной из супруг, он все же мог противостоять младшему Четвертому брату!
Императорский двор давно тайно разделился на две фракции, и даже если у Остина было преимущество в его осведомленности во дворце, то и Третьего императорского сына не стоило недооценивать.
На стороне Четвертого принца, естественно, был Пятый брат, родившийся от той же Императрицы, и сейчас имеющий кроме титула принца, титул князя одного из регионов.
Восьмая принцесса и Девятый принц* в свое время сидели на стороне Ноама.
Недалеко от трона оставалось еще несколько мест, которые не собирались пустовать. Это были личные места семей Схаи, Гую, Мун и Ланге, сидящих по обеим сторонам.
Из четырех основных родов Мун считалась самой слабой, на которую уже презрительно посматривали другие. Эта семья была древнее той же Ланге, но лучшие их годы уже прошли, и пока другие полагались на торговлю с богатыми странами, иногда и со вражескими, Мун обосновывалась внутри страны, что было не совсем выгодно.
Вскоре после того, как Остин сел на свое место, снаружи разразился мужской и женских смех. В это же время слуга громче, чем в предыдущие разы, объявил:
— Его Королевское Величество Император и Её Королевское Величество Императрица прибыли!
Толпа быстро встала и поклонилась в сторону входа, также приветствуя Сына Неба и его супругу:
— Да здравствует Ваше Величество и его Драгоценная супруга! Тысячи лет жизни Вам и непрерывного царствования! — Ариэла также делала положенное со всеми.
— Ха-ха! Дорогие гости, сегодня День рождения моего Четвертого сына, не нужно быть такими вежливыми! Поднимите головы! — рассмеялся толстый мужчина средних лет. Он был ниже своей супруги, но они на чудо хорошо смотрелись вместе, будто были созданы друг для друга. Он казался веселым человеком, несмотря на темные круги под глазами от постоянной усталости. Императрица же выглядела цветущей и пахнущей, как и положено благородной леди, не беспокоящейся о своем будущем. Она держалась за руку Императора, посылая улыбки в разные стороны.
Сразу после второго оглашения, позади них, на приличном расстоянии, следовала Четвертая принцесса. Она была рождена от нынешней Императрицы, и действительно воспитывалась как настоящая принцесса.
Похоже, ей было между шестнадцатью и семнадцатью годами, а её роскошное дворцовое платье, обшитое жемчугом и золотыми нитями, еще лучше оттеняло красивое лицо.
— Отец может поклясться, что я не толстая? — внезапно спросила принцесса, щенячьими глазками посмотрев на Императора. Такую вольность могла позволить себе только она.
Его Величество утвердительно кивнул:
— Естественно! Ты самая худая! Посмотри на других людей, кто, кроме тебя, об этом беспокоится? Не уверив тебя, боюсь, сегодня ты замучила бы гостей и подруг, — девушка сморщила свой красивый носик, но на лице играла улыбка. Она подошла на сторону Остина, став рядом с ним.
Гости смотрели, не сомневаясь, что для Императора его юные дочери были на вес лучших нефритов.
После того, как Сын Неба, наконец, присел на трон, все позволили себе также опуститься.
Ариэла быстро подняла голову, рассматривая новоприбывших.
…
Император династии Файри — Аонатан.
Последний раз она видела его еще в прошлой жизни.
Небесная страна Таллин раз в три года открывала свои ворота, и все представители зависимых стран должны были прибыть, чтобы выказать уважение Небесному Императору материка Сфиоф.
Личность Аонатана не была в первой десятке тех, с кем нужно было считаться или бояться.
Однако, тогда еще Айала, никогда и ни о ком не забывала. Когда она собиралась занять место Императрицы, тщательно держала в памяти внешность каждого и их отношения друг с другом. Чтобы удержать свое место, часто приходилось выслушивать от шпионов: кто с кем встречался, кто с кем обедал и даже кто с кем соединялся.
