Рабы, явно хорошо знакомые с привычками своего господина, предпочитали разносить вино или просто стояли у стен, вместо того, чтобы убирать тарелки, к которым почти никто не притронулся. Все гости, включая Сабину, с восторгом и обожанием в глазах смотрели на императора: седеющие волосы венчал лавровый венок, пусть даже он сидел на голове под каким-то слегка легкомысленным углом. Сам Траян тем временем тыкал полуобглоданной гусиной ножкой в какого-то легата.
– Нет, это было совершенно не так! – с жаром воскликнул он и быстро выложил на столе из гусиных костей схему расположения египетского флота.
Здесь, в этом продымленном триклинии, в гарнизоне на севере Германии, он явно чувствовал себя куда лучше, нежели когда, облаченный в тогу, восседал рядом с Плотиной во время бесконечных приемов, которые она так обожала.
– Кого я вижу! Малышка Сабина! – крикнул он, когда они с Адрианом вошли в зал и тотчас заключил ее в свои медвежьи объятья. На сегодняшнем ужине она была единственной женщиной. Никто из других легатов не взял с собой в Германию жену. – Разрази меня гром, но что делает в этой заднице мира моя маленькая любимица?
– Ищу прибежища от советов твоей супруги, – честно призналась Сабина. В ответ на такие слова Адриан насупил брови, а вот Траян закинул голову и искренне расхохотался.
– Знаешь, наверно, и я тоже. Иди ко мне, здесь рядом есть местечко…
Тем временем Траян и его офицеры от мыса Акций переместились в Алезию. Гусиные косточки сменили расположение и теперь символизировали легионы Цезаря, в то время как кабанья нога стала вражеским фортом. Сидевший по другую сторону от Сабины Адриан переключил свое внимание на Тита, и они принялись по косточкам, правда уже не по гусиным, раскладывать «Энеиду». При этом Тит был ярым сторонником Вергилия, Адриан же грудью стоял за Энния. Тит время от времени посматривал на Сабину, в надежде, что она тоже примет участие в их споре. Увы, Адриан не давал ему вставить даже слова и продолжал изливать на своего собеседника потоки красноречия.
– О нет, она слишком гладкая и манерная! Римской литературе нужна простая, ясная проза, а не эти фокусы поэтического пера.
– Этот дакийский царь, мы разобьем его быстрее, чем в свое время Верцингеторикса Цезарь.
Сабина соскользнула с ложа. Увлеченные спором, ни Адриан, ни Траян даже не заметили, как она, набросив на голову паллу, выскользнула из триклиния в темную германскую ночь.
О, боги, какие звезды! Разве такие увидишь в Риме с его пылью и дымом? Или здесь, в Германии, вообще другое небо? Оно больше и чернее, и звезды рассыпаны по нему от горизонта до горизонта, словно алмазы из императорской казны.
Сабина направилась прочь от светлого пятна, отбрасываемого фонарем. Двое стражников увязались было за ней, но она махнула им рукой, мол, не надо, и спустя какое-то время, поблуждав по темному лагерю, подошла к принципии, рядом с которой обнаружила поросший травой клочок земли.
Время от времени мимо нее или вышагивал несший ночной караул легионер, или спешил с кипой восковых табличек полковой писарь, однако никто не обращал на нее внимания. Тогда она легла на спину в траву и посмотрела на небо. Стоило ей закрыть глаза, как ей начинало казаться, что она вот-вот взмоет верх, что на земле ее удерживает лишь то, что она касается ее кончиками пальцев. «Стоит мне отпустить руки, и я взлечу и никогда больше не спущусь обратно. Да и захочется ли мне назад вниз?»
– Вот зараза! – раздался рядом с ней мужской голос, и кто-то упал на траву. Сабина тотчас вскочила на ноги, однако зацепилась за древко копья и едва не упала снова. Когда упавший выпрямился, Сабина сумела рассмотреть мужской силуэт легионера в доспехах.
– Кто здесь? – раздался в темноте грубый мужской голос.
– Жена легата, – ответила она, стягивая с волос черную паллу. – Привет, Викс.
Ответом ей стало молчание.
– Проклятие! – выругался он, приходя в себя.
– Я так и знала, что наткнусь на тебя, – улыбнулась в темноте Сабина. Похоже, этот вечер обещал быть полным сюрпризов. – Правда, в переносном смысле.
– Госпожа, – Викс отвесил учтивый поклон, – пир императора вон там.
– Отлично. В таком случае проводи меня туда. – Сабина нащупала в темноте его руку и продела ему под локоть свою. – Траян и его легаты заняты тем, что пытаются воспроизвести все ключевые сражения республики. Мне надоело сидеть в духоте, и я вышла подышать свежим воздухом. Кстати, ты не знаешь, почему светильники в Германии так сильно коптят? А теперь я и вообще не уверена, что найду дорогу назад.
– Налево и прямо, – ответил Викс, высвобождая руку. – Жилища легатов всегда в самом дальнем конце принципии. Все форты в империи построены по одному плану.
– Неужели? – удивилась Сабина. – Первый раз слышу. Расскажи поподробнее.
– Нет.
