– Кто «они»? – поинтересовался Поль.
– Следы мехари там, где их быть не должно, – ответил пожилой сержант. – Впервые я увидел эти следы в тот вечер, когда мы вас нашли. Потом возле четырех диких верблюдов. – Эль-Мадани озадаченно покачал головой. – С какой стати кто-то нам помогает?
По пути в лагерь Поль тоже всматривался в окрестности, но ничего не увидел. Ему этого и не увидеть.
Осла съели на обед.
Вода закончилась два дня назад. Стрелок, посланный на разведку, обнаружил небольшое поле съедобных кактусов. Участники экспедиции поспешили туда. Они срубали кактусы, резали на куски и жадно пили горьковатую жидкость. Поль хотел было напоить Сандо, но инженер находился в полубессознательном состоянии. Его даже привязали к верблюду, чтобы не упал. Что-то пробормотав, Сандо вяло сжал руку Поля. Ткань, прикрывавшая ему голову и шею, упала. От самой езды на верблюде рубашка сползла у него с одного плеча, и солнце часами жгло ему тело. Кожа в этом месте покраснела и покрылась крупными волдырями. Поль решил поправить инженеру рубашку и вновь запихнул тряпку ему под воротник. Рука случайно задела кожу, оторвав целый лоскут и обнажив мышцы. Сандо, похоже, этого не заметил.
Когда людям хватало сил на разговоры, они говорили почти исключительно об Амгиде. Они уже проходили это место, двигаясь на юг, и теперь снова приближались к нему. Поль вспомнил большое ущелье, по которому тек ручей, и колодцы с хорошей водой. Воспоминания его спутников были намного богаче: прохладные ветры и птицы, порхавшие над финиковыми пальмами, запруды, освежающий шум воды, орошаемые сады и огороды, где росли сладкие фрукты и вкусные овощи. Поль знал: все это – подобие миража. Люди вспоминали Уарглу и распространяли свои воспоминания на Амгид. Даже Хаким поддался общим настроениям.
– Хозяин, в Амгиде мы пойдем ловить рыбу. Рыба там жирная.
– Что-то я не помню никакой рыбы в Амгиде.
– Ты просто забыл, хозяин. Там протекает чудесная речка, а в ней водится рыба. Речка течет через весь оазис. Повсюду растут пальмы. Еще там есть маленький базар, где местные жители торгуют фруктами. Аллах тысячекратно благословил Амгид. Может, ты обращал мало внимания? Мы там покупали абрикосы и персики.
– Нет. Речку помню. Точнее, ручей. А всего остального в Амгиде нет.
– В таком случае, хозяин, у тебя ослабла память. Я это ясно вижу.
Поль лишь терпеливо качал головой:
– Хаким, в Амгиде нет абрикосов. И рыбы тоже нет. Ты слишком перегрелся на солнце.
Хаким невесело рассмеялся:
– Как же это забавно, хозяин. Ну да, я слишком перегрелся на солнце. – Лицо парня посуровело. – Ты насмехаешься надо мной. Раньше ты был хорошим хозяином, но потом изменился и стал жестоким. Сначала ты отобрал у нас салюк. Теперь отбираешь рыбу. Мне стыдно за тебя.
Полю показалось, что глаза парня влажно блеснули, но Хаким уже отвернулся и на своих окровавленных ногах поковылял искать тех, кто будет слушать его рассказы о рыбе.
Полю стало неловко. Он совсем не хотел лишать парня иллюзий.
В тот день офицеры и сержанты тоже говорили об Амгиде. Они сидели, парализованные жарой, и ждали, когда зной начнет спадать.
– Разведчик сказал, что туареги по-прежнему здесь и продолжают двигаться параллельным курсом, – сказал Диану. – Их около двухсот человек. Как вы думаете зачем?
– Затевают что-то, – ответил Эль-Мадани. – Уж больно тихо себя ведут.
– Может, просто хотят убедиться, что мы уходим из их владений, – с надеждой предположил Побеген.
– Не пори чушь! – раздраженно бросил Эль-Мадани. – А что еще нам делать? Нет, у них другое на уме. Я расскажу, что именно. Они ждут, когда мы подойдем к Амгиду. Ждут, пока мы совсем не ослабнем от жажды и голода. Вот тогда-то они и заявят о себе. Они вынудят нас сражаться, а у нас уже и сил не останется.
– Merde! Мы и сейчас почти на последнем издыхании.
– На это они и рассчитывают.
– Думаю, нам следовало бы их опередить. Атаковать их ночью, – сказал Поль, вновь подняв тему нападения.
– Заткнитесь! – оборвал его Диану.
На следующее утро вдали снова появились туареги, ожидавшие переговоров. Сегодня их было трое.
– Это те же самые? – спросил Побеген.
– Откуда я знаю? – сердито ответил Диану. – Все эти дьяволы выглядят одинаково. Возьми Мадани. Сходите и узнайте, чего им нужно.
Побеген и Мадани отправились по залитой солнцем равнине и вскоре оказались перед тремя туарегами. Побегену не нравилось, что говорить приходится, задрав голову, поскольку туареги восседали на верблюдах. Еще больше ему не нравилось положение солнца, светившего из-за их спин и мешавшего смотреть. Но иного выбора не было. Пришлось щуриться и прикрывать глаза ладонью.
