Вполне понятно почему, Исаак Шульхоф ностальгически вспоминает то время, «когда город находился под властью султана и его население процветало подобно зеленеющей оливе в безопасности и спокойствии. Можно по правде сказать, – утверждал он, – каждый жил в своем винограднике, под своей смоквой»[691]. Шульхоф отмечал очень низкие цены на продовольствие (говядину, баранину, козлятину, рыбу, вино) и высокое качество продукции[692]. Речь, конечно, речь шла не только о хорошем снабжении. Автор «Хроники» пишет «о безопасности и спокойствии». Понятно также и то, что по свидетельству перебежчиков, евреи, как могли, старались поддержать воинов будайского гарнизона во время осады 1686 денежной и другой помощью, хотя сами не брались за оружие. Неслучайно, пленным евреям на допросах задавались вопросы о том, как и чем евреи помогали защитникам города. Так, уже упоминавшегося раньше будайского еврея Якова на допросе в лагере осаждавших спрашивали о том, кто обеспечивал необходимым воинов будайского гарнизона, очевидно, ожидая услышать, что этим занимались евреи. Яков отрицал, что евреи поставляли воинам гарнизона продовольствие, обмундирование и т. п., но он был вынужден признать, что во время осады евреи ежедневно (кроме субботы) носили солдатам воду, камни, порох и выполняли другие работы. Спрашивали также о том, платили ли евреи налог на оборону. Хотя Яков своими ответами старался обелить и выручить единоверцев, ему вряд ли верили, потому что в его ответах прорывалось неприятие «освободителей». Так, он утверждал, что «изъятием драгоценностей в Буде занимались
Что же до Шульхофа, в «Хронике» он всячески старается подчеркнуть свою лояльность к властям и глубокое почтение к императору – Леопольду I Габсбургу. Ведь Шульхоф описал свои переживания после того, как оказался на свободе и начал новую жизнь во владениях Габсбургов, уже как подданный императора. Императору Леопольду он приписывал исключительно мирные устремления и желание установить спокойствие в своих владениях[694]. Каждое упоминание о нем в тексте сопровождается словами: «Да будет славен Его Величество римский император!», «Да приумножится его слава!». Леопольда он называет «славным» и «благочестивым». Даже тогда, когда Шульхоф пишет о зверствах войск императора в Буде, он никогда не забывает прибавлять эти слова. Вряд ли могло быть иначе. И нельзя рассматривать эти слова исключительно как лесть. Возвращение на родную землю обеспечило Шульхофу относительно спокойную жизнь и мирные занятия. Похоже, в мире он готов жить на любой земле. Лишь бы не было войны! Не случайно, на страницах «Хроники» нельзя прочитать ни одного хулительного слова ни о турках в целом, ни о султане. И тем не менее в описании событий в Буде 2 сентября 1686 г. Исаак четко расставляет акценты: враги там, где имперцы.
1.
2.
3.
4. Buda expugnata 1686. Europa et Hungaria 1683–1718. A török kiúzésének európai levéltári forrásai / Szerk. I. Bariska, Gy. Haraszti,
J.J. Várga. 2 vol. Budapest, 1986.
5. Buda expugnata 1686. Europa et Hungaria 1683–1718. A török kiúzésének hazai levéltári forrásai / Szerk. I. Felhó, Zs. Trocsányi. Budapest, 1987.
6. Buda visszafoglalásának emlékezete 1686 / Osszeáll. F. Szakály. Budapest, 1986.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
Audiatur et altera pars: the capture of Buda in 1686 by the troops of the European allies according to the notes of a local resident Isaac Schulhof
