– В таком случае вряд ли тебе будет комфортно осознавать, что планета, долгое время служившая тебе домом, подвергается ресурсному разорению?
– О чем ты?
– Ты ведь был на Koppe? Неужели ты пожелаешь своей малой Родине такой судьбы?
– Я не понимаю, при чем тут Корра!
– Как ты думаешь, что именно превратило ее в тот мертвый мир, который ты видел?
– Не знаю, – пожал плечами брат Амониса, – возможно, дело в природном катаклизме.
– И что же его вызвало?
Варайесу не нравилось общаться загадками, и он, насупившись, спросил:
– Так что же его вызвало?
– Корабельная Гильдия выкачала весь лирий из ядра планеты, нарушив природный баланс и оставив все живое умирать.
– Но Империя никогда не вмешивалась в ресурсы населенных планет, – уверенно возразил Варайес.
– Неужели? Как много ты еще не знаешь! Тебе следует пообщаться с посетителями Вараона. Уверен, им будет что рассказать, а тебе – что послушать, – снисходительно улыбаясь, произнес жрец.
– Но мой брат никогда..! – горячо воскликнул брат Амониса и даже сам удивился своей реакции.
– Он может и не знать… А если это так…
– Если это так, то что? – повторил за собеседником Варайес.
– Тогда Зарине точно грозит опасность. Гильдии своего не упустят…
– Учитель! – раздался во дворе голос Серенида.
– Сейчас! – ответил он ученику и, оправив плащ, поднялся со скамьи.
– Но мы не договорили, – напомнил брат Амониса.
– У нас еще будет время поговорить, а пока обдумай то, что я тебе сказал, и пообщайся с капитанами, – посоветовал Руук и отправился в направлении голоса ученика.
Серенид и Руук пили бодрящий утренний напиток в кабинете.
– Ну как? У вас получилось, Учитель? – спросил Серенид.
– Без сомнения.
– И вы уверены, что за ним пойдут Зарасы? – недоверчиво поинтересовался Ученик.
– За ним пойдет Амонис.
– Но Варайес так медлителен в принятии решений. Боюсь, пройдут годы, прежде чем он решится поговорить с братом.
– У нас есть время.
– Но мы планировали выступить против Империи через два месяца, не уверен, что Амонис присоединится к нам в столь короткий срок.
– А он нам пока и не нужен.
– Допустим, Учитель, но что мы будем делать в случае, если он погибнет во время битвы?
– Его там не будет.
– Учитель? – не понял Руука Серенид.
– На сегодня довольно вопросов. Оставь меня, мне нужно многое обдумать, – Учитель махнул рукой, и Серенид, не произнеся ни слова против, покинул кабинет.
Когда Варайес вернулся в комнату, Лирия уже не спала и, сидя перед трюмо, расчесывала свои длинные светлые волосы.
Брат Амониса подошел к возлюбленной и, поцеловав ее оголенное плечо, посмотрел на их совместное отражение.
– Тебя что-то огорчило? – девушка посмотрела на Варайеса.
Тот промолчал.
– Я видела в окно, что ты разговаривал с Рууком. Священный жрец сказал тебе что-то неприятное?
– Нет… Не знаю, – Варайес опустился на незаправленную постель.
– Расскажи, – Лирия села подле возлюбленного.
– Руук говорит, что, если армия Серенида не урезонит Империю, Великое Государство рано или поздно разграбит Зарину.
– Если Священный жрец так говорит, значит, такое развитие событий возможно. И это касается не только Зарины. Любой внешний мир подвергается подобному риску. Поэтому планеты и образовали Союз свободных планет.
– Возможно, – брат Амониса встал и начал одеваться.
– Ты куда? – обеспокоилась Лирия. – Я с тобой.
– Нет, – он остановил ее жестом руки, – мне сейчас нужно побыть одному.
Поднявшаяся было следом за братом Амониса Лирия вновь опустилась на кровать.
Девушке не нравилось стремление возлюбленного к одиночеству, но давить на него было бесполезно. Он только злился и все равно уходил. Боясь потерять доверие Варайеса, Лирия закрывала глаза на многие странности возлюбленного, в том числе и на это.
Варайес шел уже достаточно долго, особо не задумываясь, куда именно держит свой путь. Он настолько был поглощен не отпускающим его раздражением, что не замечал ни паутины, то и дело пытающейся залепить его лицо, ни колючих кустов, царапающих его тело, ни вездесущих корней вековых деревьев, сбивающих его с ног.
В голове брата Амониса пульсировала лишь одна мысль: почему его не могут оставить в покое? Почему каждый зачастую пытается напомнить ему о Зарине и ненавистном брате? С чего они взяли, что он должен о них беспокоиться?
Мысль «А может, вновь все бросить и улететь?» так резко возникла в его мозгу, что от неожиданности он остановился. Идея ему понравилась, но тут же встал вопрос «Куда?». Слова Лукаса о том, что вся Галактика разделилась на Империю и Конфедерацию, очень походили на правду, а значит, найти обитаемую и при этом не вовлеченную в глобальный конфликт планету оказывалось весьма нелегким занятием.
В памяти Варайеса всплыли предыдущие годы скитаний в поисках способного стать его домом мира. Он вспомнил постоянно сопровождающее его одиночество и пришел к выводу, что ни одна из планет даже близко не дала ему того, что дал Вараон. Готов ли он был это потерять?
Хотя, с другой стороны, разве он и так все не потеряет, когда начнется война между Империей и Конфедерацией?
