– Галактика большая, Господин. Я бы распределил флот по метеоритным поясам, заброшенным мирам. Я бы скрывал корабли так глубоко и далеко, никто бы не нашел спрятанный мною флот. По крайней мере, весь.
– Ты считаешь, что Конфедерация пытается заманить Империю в ловушку?
– Это всего лишь мои догадки, Господин, но я бы не исключал сюрприза, – Кефалис замолчал, почтительно склонив голову.
Амонис, опершись на подлокотник трона, смотрел на медленно вращающуюся проекцию и также молчал.
– У вас есть еще вопросы к хардам, Господин? – спросил Барий.
Верховный зарас ему не ответил, сосредоточенно глядя на шеренги межпланетников. Слова Кефалиса заставили его по-другому взглянуть на происходящее. Война, конечно, неизбежно приближалась, это было бы глупо отрицать, однако…
Из груди Амониса вырвался тяжелый вздох, в то время как мозг прокручивал сценарии дальнейших действий, и во всех вариантах первостепенной задачей стояла защита принца Николаса…
Оставив шарик у себя, Амонис отпустил хардов, оставив подле себя лишь Бария.
Наместник замер в молчаливом ожидании приказов Господина.
– Нужно построить столько «Штормбрекеров» из обогащенного мериллия, сколько успеем до начала войны. А также наладить их тайную регулярную отправку на Нибус.
– Господин полагает, что враг доберется до самого сердца Империи? – во взгляде Бария читалось беспокойство.
– Мы должны предусмотреть этот вариант.
– Но почему Нибус? Динайри же на Альте? – уточнил помощник.
– Я могу избежать твоих вопросов? – недовольно произнес Амонис, вставая.
– Как прикажете, Господин, – поклонился Барий и, повинуясь взмаху руки Верховного зараса, покинул зал.
Амонис продолжил смотреть на световую модель, принесенную Кефалисом, но тут вспомнил, что почти забыл об еще одной важной вещи.
– Харфас! – крикнул он.
Зарас тотчас же явился и почтительно склонился перед Господином.
– Позови толкователя! – приказал Верховный зарас, возвращаясь на трон.
Помощник, еще раз поклонившись, выбежал из зала.
Из месяца в месяц количество посетителей Вараона резко возрастало. Повсюду велись разговоры о пробуждении Призрачной армии и Живых кораблей. Все космопорты планеты были заполнены настолько, что вновь прибывшие межпланетники, оставаясь на орбите, оправляли на Вараон лишь челноки.
Острая нехватка постоялых дворов привела к тому, что редкий местный житель не сдавал квартиру или комнату желающим примкнуть к флоту Избранного.
Конфедерация набирала обороты, и в Айяхе вскоре был построен дворец для собраний с огромным многоуровневым залом.
Предводители всевозможных рас и народов прилетали на планету выказать свое почтение Серениду и его Учителю, а также изъявить желание предоставить свой флот для всеобщей борьбы с Империей.
Наблюдая за происходящим, Варайес осознавал, что его мечты о спокойной жизни на тихой, отдаленной планете пошли прахом. При других обстоятельствах брат Амониса давно бы улетел, однако в его планы вмешалась любовь…
И хотя в глубине души он сомневался в истинности чувств Лирии к нему, упорно гнал от себя мысли о том, что девушка отдала свое сердце не Варайесу, страннику и одиночке, а брату Верховного зараса, Амониса…
Проснувшись еще до рассвета от шума двигателя очередного садящегося межпланетника, брат Амониса аккуратно снял руку Лирии со своей груди и, поднявшись с постели, вышел на улицу.
Горизонт только-только начинал окрашиваться в пурпурные цвета, знаменующие собой скорое появление светила.
В воздухе веяло весенней прохладой, но не особо восприимчивого к холоду Варайеса это не волновало. Он сел на скамью и, вдохнув полной грудью влажный утренний воздух, прикрыл глаза.
– Не замерзнешь? – раздался голос позади скамьи. Брат Амониса резко оглянулся и встретился взглядом с Рууком, которого он не видел с момента драки в трактире.
– Ничего не имеешь против компании? – жрец кивнул на сиденье.
Варайес пожал плечами и подвинулся, давая сесть Рууку.
– Лирия не будет возмущена тем, что проснется одна? – учитель Избранного растянул в улыбке тонкие черные губы.
– Она привыкла, – ответил брат Амониса, пытаясь уловить во взгляде собеседника причину интереса к своей персоне.
– Мне Серенид сообщил, что ты планируешь присоседиться к нашей борьбе.
– Скорее, это планирует Лирия.
– А ты? Тебе ведь известно, что твой друг Лукас и поддерживающие его земляки уже давно примкнули к нашим рядам.
– Пока у меня нет четкого решения.
– Империя – сильный враг, – жрец пристально смотрел в глаза собеседнику, – нам бы не повредил союз с Зариной и подчиняющимися ей планетами.
– Здесь я вам вряд ли помогу. Зарина – не мой мир.
– Но ты там вырос.
Услышав напоминание Руука, Варайес поморщился.
– Но не родился, – парировал он.
– И тем не менее другой Родины у тебя нет. А если Империю не поставить на место, она протянет свои хищные руки и к Зарине. Это лишь дело времени.
– Мне все равно, – брат Амониса встал.
– Неужели? – жрец прищурился. – Насколько я знаю, все твои детские воспоминания связаны исключительно с Зариной. Так неужели же они все тебе столь неприятны?
– Н-неет, – запнулся Варайес, не понимая, к чему клонит Руук.
