– Мы пришли освободить планеты, в том числе и ваши, от гнета Империи, – продолжил Избранный.
– Уточните вашу цель! – продолжил настаивать Джон Форвард.
– Мы требуем не препятствовать нашему продвижению внутрь Империи, и никто не пострадает! – закончил Серенид, так и не удосужив адмирала имперского пограничного флота прямым ответом.
– Ваши угрозы бессмысленны! Немедленно покиньте приграничную зону, в противном случае мы будем вынуждены открыть огонь! – произнес Джон Форвард по-прежнему спокойным и твердым голосом.
В груди Тимия росло уважение к Имперскому адмиралу, поскольку он сам не смог бы так блефовать. Он даже не знал, как поступил бы на месте Джона Форварда. Но точно не смог бы так уверенно угрожать предводителю столь огромной армии, что из-за нее не было видно даже далеких звезд.
Недобро улыбнувшись в экран транслятора, элийец произнес:
– Ваша храбрость достойна восхищения, адмирал. Я всегда ценил людей, подобных вам. И готов принять вас и тех, кто за вами последует, в свои ряды. Полагаю, вы понимаете, что мы все равно пройдем. Останетесь стоять между нами и Империей – погибнете. Присоединитесь – сохраните не только ваши жизни, – закончив речь, Серенид отключился.
Тимий замер в ожидании, напряженно глядя на экран транслятора.
– Имперские крейсера переходят в боевую готовность, – едва слышно произнес помощник.
Капитан пограничного судна взглянул на данные приборов и грустно вздохнул, осознавая, что его ждет очень короткое будущее… но у него не было иного варианта, кроме как последовать примеру адмирала и отдать приказ настраивать внешнее вооружение…
На экране транслятора появилось грустное лицо Серенида.
– Неверный выбор, – произнес он, покачав головой, и отключился.
Крейсеры открыли одновременную стрельбу по кораблям Избранного, однако их оружие не принесло ни малейшего вреда начавшим медленно двигаться в направлении границы межпланетникам.
Видя бесполезность своих действий, имперские гиганты дали залп из всех своих орудий одновременно, потом еще и еще, но щиты кораблей противника с легкостью выдержали все наносимые по ним удары, уверенно продолжая свое движение.
Крейсеры продолжали непрерывный обстрел по приближающемуся вражескому флоту, и в этот момент три возглавлявших движущуюся пирамиду межпланетника распахнули щупальца, выпуская порцию зеленого огня…
Тимий с широко открытыми от ужаса глазами наблюдал через лобовое стекло, как пылали палубы и двигательные гондолы Имперских боевых гигантов.
На экране транслятора пограничного корабля появилось белое как мел лицо начальника Тимия:
– Рядом боевых крейсеров нет, тем, кто находится дальше, понадобится время, держите врага до их прибытия, – произнес он и отключился.
Капитан пограничного судна проследил за взглядом помощника, испуганно взирающего на расколовшийся надвое имперский крейсер.
– Мы должны выполнять приказ старшего офицера, – сказал капитан маленького судна.
Помощник обреченно кивнул и занял соседнее кресло.
Межпланетник Тимия вышел немного вперед и, выбрав своей целью корабль, занимающий центр верхушки движущейся пирамиды, произвел залп из всех орудий…
Последнее, что видел капитан пограничного сторожевого корабля типа «IB-62», – летящая в его сторону волна зеленого огня, а дальше наступила темнота…
Флот Конфедерации уверенно продвигался вперед. Сопротивление, оказываемое ему, было слишком слабым, чтобы остановить Призрачную армию и ее союзников, оставляющих позади себя лишь куски покореженного металла.
– Не понимаю, – ни к кому конкретно не обращаясь, произнес Серенид, – они что здесь, все самоубийцы? Какой смысл противостоять нам, если исход заведомо ясен?
– Ими движет страх перед Императором, мой мальчик. Умы этих несчастных людей настолько повреждены Великим Государством, что им проще погибнуть, чем принять лучшую судьбу. Ты не виноват в их смерти. Кровь этих людей не на твоих руках, – тихо сказал Руук, облокотившись на спинку кресла Ученика.
Варайес молча сидел в углу, стараясь не смотреть в лобовое стекло и не слушать разговоров на мостике. Но это не помогало, он все видел и слышал, а его сердце сжималось от боли всякий раз, когда армия Конфедерации отбирала новые и новые жизни. Мечтая, чтобы пугающая его действительность как можно быстрее закончилась, брат Амониса закрыл глаза.
– Все в порядке? – спросила подошедшая с чашкой травяного настоя в руках Лирия.
– Да, – открыв глаза, Варайес посмотрел на возлюбленную.
– А вот мне скучно! – капризным голосом произнесла девушка, присаживаясь рядом, – я совершенно не так представляла себе войну. И, честно говоря, разочарована: ни высадки десанта, ни абордажей… А я так мечтала принять участие в одном из захватов кораблей! Но мой брат, видите ли, не желает распыляться на мелочи, – фыркнула Лирия.
Варайес не знал, что и сказать. Он смотрел на возлюбленную, пытаясь понять по выражению ее лица, шутит она или говорит серьезно, но задать вопрос не решался, поскольку не был уверен, что хочет услышать ответ.
