Пулс не терял времени и почти сразу предложил громадные деньги за своё освобождение. Сумма поражала воображение и Цунгани был уверен в том, что она способна подобрать ключ и к этому несговорчивому человеку. Чикоме оценивающе посмотрел на него:
— Находясь в твоём положении, можно пообещать всё, что угодно, но когда ты очутишься на свободе, то вряд ли вспомнишь о своём щедром предложении. Если ты хочешь, чтобы я всерьёз задумался над этим, ты должен доказать, что у тебя есть то, что ты обещаешь мне взамен своей никчёмной жизни.
Помявшись мгновение, Пулс заговорил:
— Ладно, я понимаю, что ты непрост. В моём саду есть полянка, на которой растёт огромный колючий куст. Там находится мраморный фонтан, с рыбьей статуей. Подле неё один из камней вынимается, освобождая остальные. Потом достанешь сундук, в котором сумма намного больше той, что я обещал тебе. Забирай её, но помоги мне выбраться отсюда.
Чикоме ничего не ответил Пулсу, но вышел из комнаты, оставив его на время. Он отправился к Темо, единственному из рейру, которому мог доверять и попросил того проверить фонтан во дворе Пулса. В случае, если всё подтвердится, сундук не трогать, чтобы не привлекать внимание, а вернуться и сообщить о своей находке Чикоме.
Темо принял предложение без всякого энтузиазма, но помня о прошлом, отправился к дому Пулса. Уже почти стемнело и в опустевшем громадном дворе Темо с трудом нашёл небольшой фонтан из темного мрамора. Пошевелив кинжалом камни, он сдвинул один из них. В темном проёме показалась часть сундука. Разбирая далее, он вытащил ещё несколько камней и сундук был извлечён. Небольшой по размеру, он был невероятно тяжёл и когда Темо кинжалом сломал замок, его взору предстали золотые монеты Тинсу, неясно видимые при тусклом свете. Пошарив внутри руками, он нащупал под монетами кожаный футляр. Достав его, он с интересом развязал завязки. Крупный перстень с алмазом сверкнул при заходящем солнце. Он был древний и судя по размеру, предназначался для женской руки. Рассматривая камень, Темо сразу подумал про Мии и твёрдо решил, что это кольцо должно остаться его трофеем.
Перстень перекочевал в карман, а сундук на прежнее место, где был осторожно заложен камнями, как ранее. Избегая патрулей теки, Темо крадучись двинулся по улицам и только очутившись во дворе храма, с облегчением вздохнул. Рассказывая Чикоме о находке, он сначала хотел умолчать про кольцо, но не желая лгать, всё же показал его. Чикоме только усмехнулся:
— И стоит из-за него так переживать? Ты думаешь, я не понимаю на чьём пальце ты уже представляешь его? Брось, парень, мне чужда жадность. Попроси Квалпо отпустить тебя завтра к деду и он не откажет. Я не думаю, что зрелище казни тебя прельщает.
— Так ты не возьмёшь его деньги? Я что-то не понимаю.
Чикоме тихо произнес:
— Возьму, конечно. У служителей Шолло не очень много денег, а мне хотелось бы приобрести себе славное поместье, если, конечно, мы переживём эту войну. Но если ты думаешь, что я способен отпустить этого человека только из-за золота, то нет.
Он помолчал, и продолжил разговор:
— Смерть может быть разной, парень. Она может быть лёгкой, как дуновение ветра, а может быть долгой и трудной. За этот сундук он не купит себе свободу, по крайней мере у меня, но лёгкую смерть для себя и семьи он всё же заслужил.
Темо понимающе кивнул и оставив Чикоме, медленно пошёл в главный зал, где надеялся увидеть Квалпо, чтобы отпроситься у него на один день.
Утром, плывя в лодке, Темо совсем не жалел о том, что не присутствует при казни. Множество жителей города собралось на главной площади, чтобы насладиться зрелищем. Слух пронёсся ещё с вечера и самые нетерпеливые занимали удобные места.
Чикоме спокойно доводил до блеска громадный топор. Смотрясь в него, как в зеркало, он прикоснулся к его лезвию волоском. Тот был перерезан пополам и Чикоме решил, что топор уже достаточно острый.
Первым на помост вывели Чаака, ноги которого отказывались его нести. Когда голова, отделившись от тела, покатилась в сторону, толпа восторженно закричала. Чикоме только поморщился.
Когда теки подвели Пулса, тот прошептал:
— Вот увидишь, чужаки придут сюда и тогда эти два жалких олуха превратятся из наместников в тех, кем они являются на самом деле — глупых крестьян, не умеющих рассчитывать. Зря ты поддерживаешь их. Они слабые.
Чикоме ничего не ответил ему. Помощник палача убрал отрубленную голову в корзину, чтобы следующие приговорённые не видели её. Пулс не смог выторговать жизнь для своей семьи. Решение наместников было однозначным и Чикоме ничем не мог повлиять на него. Сыновья Пулса представляли опасность в дальнейшем и их отрубленные головы оказались в корзине немного позже, чем голова отца.