Мич взмахнул коротким копьём, подавая сигнал остальным. Один из людей Скаха метнулся к выходу, но там уже входили гвардейцы, судя по виду, знающие о происшествии и занявшие сторону Мича. Тут Неомони метнулась к окну и во внутренний двор вылетела маленькая золотая статуэтка, скрываемая ею до поры в складках одежды. Она со звоном упала на камень и её гвардейцы отреагировали на условный знак. Обернувшись, она увидела Морела, подошедшего вплотную. Его лицо презрительно улыбалось:
— Это не поможет тебе, самонадеянная дрянь! Я буду императором, а тебя посажу в клетку напоказ. Забавно будет посмотреть во что ты превратишься.
Её глаза сверкнули, и она выкрикнула:
— Какой из тебя император, трус! Как ты мог его убить?! Он ведь твой отец! Когда ты только снюхался с чужаками?
Он усмехнулся:
— А причём тут чужаки? Я сам решил убрать его. Он засиделся на троне.
Неомони плюнула в ухмыляющееся лицо. Морел схватил её за руку и мгновенно отшатнулся, с исказившимся от боли лицом. В его боку торчала рукоять ножа. Широкое лезвие, покрытое узорами, было подпилено у основания и когда он потянул за рукоять, она осталась в его руках. Он понял всё:
— Ах, ты гадость, я тебя недооценил.
Он попытался шагнуть к ней, но она отпрянула в сторону, легко увернувшись от его неуверенных движений. Гвардейцы Мича убили Скаха и его людей. Мич махнул в сторону Неомони:
— Возьмите её. Только аккуратно.
Она огляделась по сторонам, не зная куда бежать. На улице раздавались звуки боя. Её гвардия пробивала дорогу. Но ведь они не успеют. И тут мысль пришла ей в голову. Метнувшись со всей возможной скоростью, она влетела в покои императора и нажала хитрый механизм запирания двери. Металл лязгнул и прежде чем кто-либо успел добежать к ней, дверь закрылась, могущая быть открытой только изнутри. Неомони прижалась спиной к стене, ощущая как бешено колотится сердце.
В дверь застучали, судя по звуку топором, но массивная створка с лёгкостью выдержала бы и большее. Неомони оставалось только ждать. Если её люди справятся с поручением, то она будет гордиться ими, а если же нет… И тут она нащупала маленький металлический кувшинчик с торчащими в нём иглами, пришитый к внутренней стороне одежды. Если же нет, тогда она сможет это сделать. В этом она была уверена, но как же ей не хотелось умирать.
Мич с ненавистью глядел на Илана. Он перевёл взгляд на Морела, упавшего на пол и дышавшего прерывисто и неглубоко. От яда-молнии нет средства и Мич даже не подошёл к умирающему. Раздался тихий голос Уэкоя:
— Я думаю, что вам обоим следует забыть о случившемся. Император мёртв, его убийца тоже. Тайо погиб. Единственный кто может наследовать престол — эта девчонка, хоть совсем и не в наших обычаях. Или ты Мич решил сам стать императором? Так тебя выволочет толпа прямо на площадь и казнь солнцем покажется смешной, по сравнению с этим.
Мич растерянно повернул голову к Илану. Тот кивнул, нахмурившись:
— Я забуду об этом, Мич. Но не повторяй ошибки.
Мич кивнул, но тут же заговорил:
— А как же девчонка? Она меня не простит.
— Мы убедим её, Мич, — голос Уэкоя и вправду умел убеждать, — она послушает. Ведь без нас ей не получится взять власть в свои руки.
Мич кивнул согласно и находившиеся в комнате расслаблено выдохнули. Но грохот боя заполнил коридор, ведущий к залу совета. Мич выглянул за дверь. Гвардия Солнца пятилась к залу под натиском людей Неомони, в их яркой форме. Возглавляющий атаку высокий человек, с рассеченным шрамами лицом, взмахнул боевой палицей и ещё один из гвардейцев Солнца отлетел в сторону. Мич закричал:
— Немедленно прекратить! Это ещё что такое! Всё закончилось благополучно. Неомони жива и сейчас выйдет к вам. Предатель убит.
Лицо со шрамами расплылось в улыбке, от которой Мичу стало не по себе:
— Вот как? Прочь с дороги, Мич. У меня один повелитель и это не ты. Приказ Неомони — пробиться к ней и пока я её не вижу. Пошёл вон с моего пути!
Гвардия Солнца атаковала говорившего и его палица завертелась вокруг. Люди Неомони прибывали и гвардейцы Солнца отступили в зал. Охрана Неомони ворвалась следом. Илан возмущённо закричал:
— А ну бросить оружие! Кто ослушается, пусть пеняет на себя. Все знают, как жрецы Тиу умеют предавать казни. Это касается всех.
Гвардия Солнца неохотно опустила оружие, но на людей Неомони его слова не произвели ни малейшего впечатления. Их предводитель с грохотом опустил палицу на одно из кресел, расколов его. Обращаясь к Илану, он произнёс:
— Где она? Где принцесса?!
Люди Неомони заполняли зал и гвардейцы Солнца оказались в меньшинстве. Илан неуверенно проговорил:
— Она закрылась в покоях императора.
Предводитель гвардии Неомони взглянул на валяющиеся трупы императора и Морела, потом перевёл взгляд на тела убитых гвардейцев Солнца. Лицо его искривила гримаса и обращаясь к Мичу, он заговорил:
— Так вот как с ней всё нормально. Вы убили императора, жалкие трусы, и хотели убить её, но она оказалась хитрее таких старых олухов.
Он зашагал через зал и забарабанил в дверь кулаком:
— Это Цинтли, принцесса. Мы пришли, как и обещали.