Цинтли растерянно смотрел на него. Он, с трудом шевеля языком, попросил время немного подумать. Амару чуть не выгнал его взашей, но всё же дал время до завтра. Устав от таких посетителей, император решил уйти на прогулку, как вдруг явился стражник, и сказал, что пришёл Икстли, и просит его принять.
Амару холодно приветствовал вошедшего. Икстли очень удачно избежал участия в битвах, сославшись на здоровье. Амару понимал, что он просто хитрит. И вот теперь, когда всё закончилось, он зачем-то притащился к нему.
Икстли шлёпнулся в кресло напротив, не спрашивая разрешения. Амару молча глядел на него, и наконец спросил, зачем он пожаловал.
— Я слышал, что ты раздаёшь должности, — заявил Икстли без обиняков, — вот и пришёл. Может и для меня что-то отыщется.
Амару сразу не нашёлся что сказать. Он только покачал головой:
— Я не раздаю должности, — сдерживая гнев, проговорил он. — Я назначаю на должности тех, кто доказал делом свою верность. И только их. Я скажу тебе, Икстли, что ты не пошёл с нами, когда был нужен. Только не надо ссылаться на голову, меня не проведёшь. Поэтому ничего серьёзного я тебе доверить не смогу. Если хочешь, то можешь съездить в Мауле. Я поручу Пекку назначить тебя на работу, с которой ты справишься. Он за тобой присмотрит, в случае чего. Вот так, Икстли.
— В Мауле я и сам могу вернуться. Я слышал, что в Кири до сих пор нет наместника.
Амару хотел вспылить, но расхохотался:
— Ты что, Икстли, держишь меня за идиота? Да я бы не доверил тебе и крохотный город, не то, что целую провинцию! И не мечтай! Хочешь работать — поезжай в Мауле. Это тебе последнее слово.
Икстли недовольно встал с кресла:
— Да, Амару, я думал, что мы друзья. А ты вот как со мной. Ты даже с этой шлюхой обращаешься лучше.
Амару вскочил на ноги мгновенно, схватив сияющее копьё, стоящее рядом. Он чуть было не воткнул его в Икстли, ударив в последний момент по столешнице. Раздался треск, и толстое дерево проткнулось, как масло. Икстли показалось, что туман заплясал вокруг Амару.
— Слышишь ты, самонадеянная свинья! Если ещё хоть раз посмеешь назвать так мою жену, то я убью тебя! Я знаю, что ты однажды переспал с ней, но это не даёт тебе право так говорить. А теперь вон из столицы! Прямо сейчас! Никогда, слышишь, никогда не появляйся здесь! Уезжай в Мауле сейчас же, или твоя голова украсит площадь. Если бы не Тайп, она уже бы оказалась там!
Облачные Воины, выполнявшие роль стражи при императоре, вбежали в зал, напуганные шумом. Они переводили взгляды с Икстли на Амару, не зная, что предпринять.
— Извини, — Икстли захлопал глазами. — Я не думал, что ты так относишься к ней.
— Уезжай, пока я не передумал. Я не шучу, Икстли.
На шум прибежала Тайп, оказавшаяся рядом, с ужасом увидев копьё, торчащее из столешницы. Она заметила, как дрожит воздух вокруг Амару, и схватив Икстли, вытащила его в коридор. Амару стоял, пытаясь успокоиться. Он понимал, что оскорбился не столько от слов, сколько от того, что когда-то Икстли был с Лореной, и именно поэтому отреагировал так.
Амару махнул рукой Облачным Воинам, отпуская их, и сел на место. Копьё так и манило его, но он взял его в руки только тогда, когда успокоился. Амару не доверял ему.
Тайп тащила Икстли по коридору, возмущённо приговаривая:
— Что там стряслось, Икстли?! Что случилось?
— Ничего, — хмуро ответил брат, — ничего особенного. Просто я назвал Лорену шлюхой, а он вспылил. Ну а кто она, если не шлюха? Не думал я, что он такой глупец.
— Что он сказал тебе?! Только не ври!
— Чтобы я уезжал из Тинсу прямо сейчас. Но это он от злости. Ничего, отойдёт и забудет. А то угрожал снести мне голову! Вот ещё придумал.
— Уезжай, Икстли. Он не забудет. Тебе давно надо было уехать. Ты ведь спал с ней? Это правда?
Икстли кивнул неохотно.
— Вот и уезжай домой. Потом, через время, вы можете помириться, а сейчас уезжай. Я дам тебе денег, и ты уедешь прямо сейчас. Если хочешь, то забирай с собой Лаому, и уезжай. Только не вздумай оставаться, и тем более не ляпни ещё что-то. За Лорену он тебя убьёт. Вот точно убьёт.
— И что он в ней нашёл? — проворчал Икстли. — Такого добра полно вокруг. Только цвет волос отличается.
Тайп промолчала.
Цинтли отыскал Неомони в длинной галерее Дома Света, и попросил разрешения поговорить с ней наедине. Неомони с сомнением посмотрела на него, но всё же повела за собой в боковой зал, где никого не было в это время.
Она обернулась к нему, и сердце Цинтли сжалось от боли:
— Император сказал, что вы предложили ему сделать меня наместником в Кири. Это ведь неправда? Это не может быть правдой?!
— Нет, это правда, Цинтли. Чистая правда. Я предложила это ему. А почему ты спрашиваешь?
— Вы не желаете меня видеть, принцесса? Но что я натворил?! Я не был с вами в последних битвах, но ведь я был ранен. Вы из-за этого обиделись на меня?
— Нет, Цинтли, — по лицу Неомони покатились слёзы. — Нет, дело как раз в том, что я желаю тебя видеть. Но я не должна. Потому я и попросила его назначить тебя наместником. Прости меня, но так будет лучше.