Я вздрогнула, испуганная ледяным, полным злобы голосом Ромирана. А еще я четко поняла – нужно прятаться и побыстрее. Боя между богами мне не пережить. Я начала медленное и не слишком-то героическое отступление в безопасное место, но взгляд уткнулся в лежавшую без сознания богиню. Я не могла ее бросить! А потому, недолго думая, погрузила руки в синеватую жижу, окутавшую богиню. По телу сразу же прошла дрожь – субстанция была холодной, словно арктические льды. А еще жутко неприятной – липкой, скользкой, тягучей. И это нечто сковывало движения, словно замораживая изнутри. Я морщилась, но продолжила добираться до богини. У меня было немного времени, и, пока мужчины заняты своими разборками, я могла действовать не заметно. Но стоит только одному из них заметить мои действия, боюсь, мне несдобровать.
– Слишком громкие слова для того, кто сам стоит одной ногой в Корнях! – прошипел Ишрагаль, едва ли не плюясь ядом.
Я дотянулась до богини и схватила ее за запястье. Кожа Вирсавии была холодной.
– И слишком тихие для того, кто двести пятьдесят шесть лет мечтал отомстить и каждый проклятый день продумывал способы этой самой мести!.. – воскликнул Ромиран.
Руки Проклятого бога объяло черное пламя. Мужчина оскалился и обходил противника по кругу. Я дернула на себя богиню, надеясь, что синяя жижа отдаст ее. Куда там! Женщина даже не сдвинулась с места. Тогда я, мотнув головой, запустила в магию Ишрагаля вторую руку, хватаясь за ту же руку Вирсавии.
– …Я покажу тебе, чему научился у проклятых существ, и почему все еще жив! – прорычал обозленный Ромиран, прыгая на Триединого.
Рука, окутанная черным пламенем, встретилась с челюстью Ишрагаля. Мужчину откинуло назад, протянув по полу, из-за чего на мраморе остался длинный чернеющий след. Но Ишрагаль, быстро вскочив на ноги, сплюнул кровь, рукой вытер рот и ринулся на Проклятого бога, окутанный синим свечением.
Синие и черные шары чистой силы проносились над головой, руша стены и статуи богов. Взрывы магии оглушали, в ушах звенело. А я пыталась вытащить Вирсавию из синей жижи. Спину неистово пекло, руки жгло от магии Триединого, а из носа от напряжения закапала кровь. Сердце быстро билось в груди, словно пойманная в клетку птица, отсчитывая секунды, которые могли стать последними, если я не потороплюсь.
Сверху на меня посыпалась каменная крошка – черная молния, угодив в статую Ишрагаля, нависавшую над нами с Вирсавией, угрожающе поблескивала над моей головой. Я испуганно икнула, поняв, что могло произойти, пролети она в паре сантиметров ниже.
– Чёрт! Ну давай же, давай! – рычала я сквозь стиснутые зубы, пытаясь вытащить богиню.
Женщина подалась ко мне. Или это мое воображение? Не знаю. Но я приободрилась и с новыми силами потащила Вирсавию к себе. Вначале с хлопком из синей жижи выскользнула рука богини, за которую я ее держала, потом показалось плечо, а следом голова и второе предплечье.
Мужчины, занятые собой, даже не обращали на нас внимания, хоть я и замерла, боясь, что громкий звук привлечет богов. Но те даже не повернулись, сцепившись между собой, и таких ужасающе мощных заклятий я еще не видела. Вокруг богов плясали черные змеи, летали синие черепа и крутились воронки магии, грозя разрушить Обитель. Меня буквально придавливало к земле магической энергией. Вот она – сила богов!
– Вирсавия, – тихо прошептала я, похлопывая богиню по щекам.
Я надеялась, что Триединая очнется, поможет Ромирану, и мы все вместе спасемся, а потом весело посмеемся над этой историей спустя долгие годы. Но богиня была пугающе бледной и невероятно холодной. Испугавшись, что ее жизни угрожает опасность, я вновь потянула женщину, отползая от богов подальше.
– Что… ты делаешь? – слабо прошептал женский голос.
Я, вздрогнув, встретила взгляд голубых глаз богини. Женщина растерянно переводила его со своего запястья, которое я все еще сжимала, на меня, ползком тащившую ее за статую.
– Что ты делаешь? – уже более уверенно повторила богиня, нахмурившись.
– Спасаю твою жизнь, – прошептала, недовольная претензией в голосе Триединой. Вот и спасай ее после этого.
– Что?
Женщина приподняла на локтях, осматриваясь. Вначале она внимательно изучила свое тело, все еще скованное синей субстанцией. На мое удивление, Вирсавия не нервничала, а лишь спокойно потыкала пальчиком синюю жижу, задумчиво пожевывая губу.
– Пригнись! – воскликнула я, ладонью прижимая богини к полу.
Над головой с громким свистом пролетел синий шар. Раздался взрыв, на нас посыпалась каменная крошка. Вокруг поднялось облако белой пыли. Каменная статуя Ишрагаля рушилась на глазах. Я прошептала заклятие ведьминской защиты, надеясь, что она спасет от каменный обломков. Щит мягко спружинил, камни повалились грудой сбоку от нас, а я, облегченно вздохнув, упала сверху на богиню, совсем выбившись из сил. Грудь ходила ходуном, я тяжело дышала, ртом хвоя воздух. Еще чуть-чуть – и потеряю сознание.
– Что происходит? – требовательно спросила богиня, рукой притрагиваясь к моему лбу.
