Аспирант Дроздов не лгал.
- Это хорошо, - невозмутимо сказала Аннабель, глядя в глаза аспиранта ясно и непоколебимо. - Любовь сильно помешала бы делу.
- Я рад, что вы хоть с чем-то согласны, - чуть дрогнув, сказал аспирант. - Остается третий мотив: научное любопытство. Мне и вправду интересно, для чего "ИМПЕРИИ ЗДОРОВЬЯ" нужны эти исследования. Но кто я здесь? Простой лаборант, не более. Я живу за тысячи миль от их штаб-квартиры. Вы хоть задумывались над тем, каким образом я бы смог выяснить истинные намерения фирмы, даже если бы этого очень захотел?
- Никакого разумного способа я не могу себе представить, - не колеблясь, призналась агент ЦРУ. - Я просто надеялась на то, что хороший специалист может придумать что-то неординарное.
- Как может хороший сапожник узнать, на какой город будут сброшены бомбы с самолета, если ему прислали для срочного ремонта ботинки летчиков?
Агент ЦРУ улыбнулась:
- Все же у вас неординарный интеллект, мистер Дроздофф.
- Благодарю, - коротко кивнул аспирант. - Мне кажется, вы узнали бы гораздо больше, если бы остались сотрудницей "ИМПЕРИИ ЗДОРОВЬЯ".
- Там я исчерпала все возможности. Фирма использует несколько уровней секретности.
- Вы полагаете, что она не использует их здесь? А уж если дело нечисто, то отсюда их ничем не пробьешь. Разве что ядерной ракетой. Давайте, Ани, лучше подумаем, как захватить ракетный комплекс и отправить им туда подарок.
- Мне нравится ваша логика, - продолжала улыбаться Аннабель Терранова. - Интуиция подсказывает мне, что вы сможете придумать что-то такое, что не пришло бы в голову даже директору ЦРУ.
- Мне теперь понятен ваш метод вербовки, - не поддался аспирант. - Он тоже логичен, но лишен здравого смысла. И в этом, как ни странно, заключается его эффективность. Примем на веру то, что дело действительно нечисто, и ваш друг оказался жертвой интриги. Представим также, что я действительно оказался умнее самого Джеймса Бонда. В своей маленькой лаборатории, в ее пределах, не более. Что дальше? Ведь ваш друг тоже придумал нечто явно неординарное. И что с ним случилось?
- Вы боитесь? - вполне уважительно, без излишнего сочувствия и тем более снисхождения, спросила Аннабель.
- Почему бы и нет? - глядя ей в глаза, твердым голосом ответил Ганнибал.
- Я понимаю вас и ничуть не осуждаю, Ник, - если и огорчившись, то умело скрывая досаду, сказала Аннабель. - Вы - свободный человек.
- Да, я теперь свободный человек, - подтвердил истину аспирант Дроздов, в самом деле почувствовав себя вдруг совершенно свободным человеком, почувствовав вдруг какое-то радостное облегчение. - Сколько времени вы намерены пробыть в России?
- Пока не найду ответа, - голосом неумолимого мстителя изрекла Аннабель. - Или пока не приду к убеждению, что ответа в России нет. Или пока меня не отзовет начальство. Но я стараюсь работать хорошо.
- Против России...
- За международную безопасность и взаимопонимание между народами.
- Про такое я успел наслушаться еще при советской власти. Итак, Аннабель, я обещаю быть вашим союзником только в борьбе с международным терроризмом. Я обещаю вам исследовать содержимое этой пробирки и сообщить о результатах, хотя уверен на сто процентов, что анализ отпечатков пальцев, оставшихся на ней, может дать гораздо больше. Я обещаю вам, что, если у меня возникнут какие-то подозрения, я сообщу о них вам. Большего я обещать не могу. Как гражданин России и умеренный патриот, я должен либо сдать вас в нашу контрразведку, либо постараться сделать так, чтобы вы уехали отсюда как можно скорее. Первое я сделать не смогу. Без объяснения причин. Значит, остается второе. Я сделаю все, что в моих силах.
Аннабель, не отрываясь, смотрела аспиранту в глаза, и в ее собственных глазах разгорались огоньки, которых можно было бы опасаться не меньше, чем козней фирмы "ИМПЕРИЯ ЗДОРОВЬЯ".
- Вы мне нравитесь, мистер Дроздофф, - сказала она, беря своими крепкими ручками правую руку аспиранта и крепко пожимая ее. - Я буду молиться Иисусу за вашу удачу. За то, чтобы вы когда-нибудь получили Нобелевскую премию.
- Посмертно... - усмехнулся аспирант.
- Почему? - снова как бы растерялась агент ЦРУ.
- Давайте лучше я провожу вас до метро, - решительно сказал Ганнибал. - Где-нибудь мы выпьем горячего кофе, а то у вас руки очень холодные... И займемся делом. Я поеду в институт исследовать кровь. А вы обещайте мне, что в своих отчетах будете убеждать начальство, что с Россией надо дружить честно, а еще лучше просто оставить ее в покое.
Взяв со шпионки честное цэрэушное слово, аспирант Дроздов отправился на работу, как ни странно продолжая чувствовать себя совершенно свободным человеком.
