Это правда. С каждым моим касанием я чувствую, как парень угасает. Словно бы тьма внутри него вытесняет жизнь и пытается занять освободившееся место.
Если в начале поединка парень использует в основном свои силы, то теперь переходит на заемные. И добром это для него не кончится.
— Не указывай мне что делать, шавка, — не своим голосом рычит пацан.
Из его глаз и ушей уже течет потемневшая кровь. Он перемещается вплотную ко мне, хотя я даже заметить не могу, как он это делает. Удар под дых выбивает из моих легких весь воздух, заставляя согнуться пополам. Следующий удар прилетает в затылок, и меня впечатывает в землю.
— Во славу рода, — слышу его рык.
Княжич поднимает ногу, намереваясь раздавить мою голову.
И я этим пользуюсь!
Просто бью его по второй ноге что есть мочи. Потерявший точку опоры, парень валится на спину, а я тем временем уже поднимаюсь на ноги. В голове все плывет, метка жизни перегружена и уже не справляется с повреждениями.
Надо закончить дело как можно быстрее!
Наваливаюсь сверху на княжича, прижимаю рукой к земле, а второй наношу удары. Со стороны кажется, будто бы обезумевший барон лупит бедолагу, пытаясь превратить его лицо в фарш. Но на самом деле удары для отвлечения внимания. Главным образом я сейчас подаю энергию Потока через ту руку, что давит парню на грудь.
Что бы там ни поселилось внутри него, чистый Поток ему очень не нравится. Но я ошибся в одном. Тьма внутри не пытается завладеть парнем. Она пытается вырваться наружу. Из-за этого мое тело отбрасывает в сторону странной волной. На мгновение все чувства дают сбой. Открыв глаза, я несколько секунд пытаюсь проморгаться, не понимая, почему все вокруг потемнело. А затем понимаю… С глазами все в порядке.
Это вокруг все изменилось. То, что рвётся из княжича — настоящий прорыв Бездны. И мы оказываемся в самом его эпицентре.
Защитный барьер купола исчезает — у Бездны свои законы и правила. Слышатся крики, паника и вопли с обоих этажей. Я оглядываюсь на людей, что носятся по залу или корчатся в припадке на полу.
Так, спокойно.
Большинство из присутствующих — сильные одаренные. Обычный прорыв их не убьет. По крайней мере не так быстро. А вот персонал уже получает смертельное заражение и скоро станет Обращенными Бездной.
С трудом поднимаюсь на ноги. Смотрю на княжича, который валяется на песке без сознания.
Гадство. Я не в поместье Тютчева. В этот раз все гораздо серьёзнее.
Подхожу к парню и обдаю его тело энергией Потока, а затем еще и запускаю легкую циркуляцию внутри его организма. Это не позволит Бездне завладеть обессилевшим мальчишкой. Трусливый сопляк, но такой смерти он не заслужил.
Так, теперь надо как-то разобраться с Обращенными и…
Грохот!
Пол арены рушится, а я лечу куда-то вниз на подземный уровень. С хрустом падаю на что-то очень твердое. Камни и песок валятся сверху, прямо на нас с Рогозином.
Тут уже не до конспирации, потому создаю эфирную сферу, чтобы защитить нас обоих.
Когда грохот стихает, мне наконец удается оглядеться вокруг. Судя по слабым отбликам прожекторов, мы улетели на два этажа вниз. Нога нещадно болит, открытая рана на груди не желает никак зарастать, да и в целом за этот бой меня неслабо помяло, так еще и это падение. Метка жизни гребет энергию по полной, но вряд ли я сейчас такой чих-пых и здоров. Перенастраиваю работу метки и снижаю болевые ощущения до минимума. Так хоть нормально двигаться смогу.
Дрянь. Не думал, что под ареной настолько глубоко. И на кой-надо было…
А, точно. Я посмотрел во тьму, из которой на меня выползали странные отростки. Персонал — не единственные, кто был уязвим к осквернению. Как минимум еще одно существо уже успело обратиться в создание Бездны.
И у него даже имени не было, потому что таких монстров в принципе не должно было существовать. Что ж… Как первооткрыватели, назовем эту тварь…
— Оскверненная Мясорубка.
Судя по реву, имя ей не очень понравилось.
Нога ныла, несмотря на ослабление болевых ощущений. То же самое с животом. Ублюдок мне чуть кости не сломал. Может не стоило его спасать?
В остальном все не так плохо. Быстрый анализ показал, что энергии больше половины, разве что в целом чувствовал себя устало. Ну что ж, тогда можем и подраться всерьез.
Из темноты ко мне ползли щупальца, теперь они были более тонкими и гибкими, превращаясь в извивающиеся кисточки на концах. Будто пучок червей.
Осквернение нивелировало главный недостаток Мясорубки. Слепоту. Так что теперь этот монстр стал в разы опаснее, не говоря уж о том, что банально сильнее.
Насколько я знаю, камер видеонаблюдения прямо над нами быть не должно, насколько я помнил, но на всякий случай выпустил с десяток эфирных пуль. В ответ на меня посыпался дождь из стекла от разбитых ламп.
Теперь выпускаем кварц и отправляем осколки вперед, чтобы самому оставаться в полутьме.
— Ну и урод, — не выдержал я.
Мясорубка и до осквернения выглядела мерзко, а теперь тело потеряло всякую форму и превратилось в аморфное желе, словно разлитое среди каменных плит.
