— Всё в порядке. Просто сегодня у меня выходной, и я хочу провести его дома. Будь добр, сделай мне зелёного чаю и отнеси его в ритуальный зал, — я кивнул в сторону лестницы, ведущей на цокольный этаж.
— Хорошо, господин. Полагаю, вы подниметесь на ужин? Семья в последнее время ужинает вместе, они наверняка хотели бы вас видеть.
— Да, конечно, — задумчиво кивнул я. Голова была занята мыслями о том, что я буду делать, если на наброске нет эфирного следа. — А что сегодня на ужин?
— Нам доставили свежую оленину. Повар приготовит её с молодым картофелем и дикими травами.
— У меня уже текут слюнки. Обязательно буду.
— Очень рад, ваше благородие. Чай скоро будет, — дворецкий поклонился и отправился в сторону кухни.
Я тем временем поднялся на второй этаж и постучал в дверь Анастасии.
— Кто там? — раздался сиплый голос.
— Это я.
— Входи, — всхлипнув, ответила Настя.
Я вошёл и тихо прикрыл за собой дверь. Сестра сидела на кровати, обнимая подушку. Перед ней лежал свёрнутый лист бумаги, на который она смотрела с ненавистью. Если бы её взгляд мог поджигать, лист уже давно превратился бы в пепел.
— Вот он, — Анастасия подняла на меня красные от слёз глаза. — Еле сдержалась, чтобы не порвать его на мелкие клочки. Мне противно всё, с чем связан этот подонок!
Я молча приблизился и посмотрел на бумагу. Какой-то эфирный след здесь был, но чтобы изучить его как следует, требовалось взглянуть на сам набросок.
— Ты можешь всё сделать так, чтобы не смотреть? — будто угадав мои мысли, спросила Настя.
— Нет, прости, — покачал головой я.
— Ладно, — вздохнула она. — Хотя бы никому не показывай.
— Не буду.
Я аккуратно развернул бумагу, стараясь не задерживать взгляд на изображении. Настя была права — эскиз действительно интимный. Она была изображена лежащей на диване с запрокинутыми за голову руками, и из одежды на ней была только цепочка с кулоном.
И хотя это был всего лишь набросок, черты лица, фигура и волосы Анастасии были переданы очень точно. Похоже, зря Феодор решил пойти по пути вора и мошенника — рисует он, оказывается, очень даже хорошо.
Но меня в любом случае интересовало другое. И да, здесь был эфирный след, пускай и очень слабый. Судя по всему, рисунок был создан давно.
Не факт, что получится отыскать автора по такому тусклому следу… Но шанс есть, и я им воспользуюсь.
— Он не хотел, чтобы я его сохранила, — прошептала сестра. — Я… взяла его тайком из мастерской.
— Никто его не увидит, — я свернул рисунок и положил во внутренний карман пиджака. — Обещаю.
Ритуальный зал в подвале пах сухими травами. С тех пор, как мы с Дмитрием и Анатолием проводили здесь ритуал над Клыком Мрака, я сюда не спускался. И даже не наводил порядок.
Я убрал огарки старых свечей и поставил новые. Нарисовал на полу ритуальный круг, положил набросок в его центр и приступил к делу.
— Покажи мне того, чья рука тебя создала, — прошептал я, запуская ритуал.
Эфир заструился по бумаге, вытягиваясь в тонкие нити. Они дрожали, как паутина на ветру, но не рвались.
Возможно, художник использовал какой-то приём, чтобы замаскировать свой след. Но у него не получилось. Или, вернее, получилось плохо.
Или же дело во времени. Но минимальных остатков хватило.
Не сразу, но ритуал дал результат. Благодаря полученному эфирному следу я смог определить, в какой стороне находится наш беглец. Он явно находился уже не в Москве, это я мог сказать с уверенностью. Сейчас он был где-то далеко на востоке, скорее всего, в другом городе. И, судя по всему, оставался на месте.
Похоже, он уверен в себе и считает, что я не смогу его найти. Очень зря. В этот раз ты допустил оплошность, Иван-Феодор… Но я займусь тобой чуть позже. Завтра у меня суд с Волковыми. А сегодня я хочу уделить время восстановлению.
После ритуала я отправился в библиотеку. Эфирное тело ныло после вчерашнего боя, как перетренированные мышцы. Я развернул древний манускрипт по целительным практикам и начал медленно, методично восстанавливать повреждённые каналы.
Ожерелье подождёт. Художник подождёт. Я должен снова прийти в хорошую форму, ведь это явно не последняя схватка с Теневыми Странниками, которая мне предстоит… И в следующий раз я должен быть готов ещё лучше.
Я погрузился в глубокую медитацию и не сразу расслышал стук в дверь и голос слуги:
— Ваше благородие. Вы не передумали подняться к ужину?
— Не передумал, — ответил я. — Скоро буду.
— Хорошо, тогда мы накрываем на стол.
Сложив на место книги и немного придя в себя после медитации, я отправился на второй этаж. Снова постучал в дверь Насти. Она открыла и хмуро спросила:
— Ну что? Ты нашёл его?
— Почти, — ответил я. — Феодор сбежал из Москвы и сейчас находится где-то на востоке. Не слишком далеко — полагаю, что во Владимире или другом городе.
— Значит, надо отправить туда гвардейцев. Пусть поймают его и переломают руки и ноги! — злобно процедила Настя.
— Обойдёмся без этого, у меня другие планы. А теперь немного приведи себя в порядок и спускайся ужинать. Всё семейство в сборе.
— Не хочу, — пробормотала сестра.
