— Мой племянник скончался два дня назад, — произнёс генерал. Тон оставался твёрдым, но в глазах мелькнула боль. — Сестра места себе не находит. Парню всего одиннадцать лет было.
Детей всегда жалко… куда больше, чем остальных. Они ведь даже пожить толком не успели.
— Сочувствую, Михаил Романович, — искренне сказал я. — Мой младший брат тоже оказался проклят.
— Это неправильно, — покачал головой генерал. — Когда дети умирают — это всегда неправильно.
Внутренне соглашаясь, я промолчал. Разговор оказался совершенно не таким, как я себе представлял. Думал, Герц начнёт давить и угрожать, но он вёл себя совершенно иначе.
— Мне птичка нашептала, что вы с Реутовой встречаетесь, — вдруг сменил он тему.
— Быстро же слухи расходятся, — улыбнулся я.
— Завидую, барон. Красивая, смелая девушка, ещё и с принципами. Таких немного.
В словах генерала чувствовалась зависть… но не злость, что удивительно.
— Она такая одна. Но мы, кажется, отвлеклись. Вы спрашивали насчёт Громовой, я ответил. Что скажете? — мне не хотелось обсуждать с генералом свои отношения с Полиной, лучше уж вернуться к делу.
— Скажу, что Конгрегация совсем охренела, — процедил Михаил Романович. — Вот что, Григорий. Великий магистр связался со мной сразу же после гибели Громовой. Он требовал, чтобы тебя обвинили в убийстве и предали суду. Я сказал, что сделаю всё возможное, но я соврал.
Герц посмотрел мне в глаза и спросил:
— Конгрегация провидцев виновна во всём?
— Доказательств пока что нет, но это вполне вероятно, — ответил я. — А вот мой наставник Кретов ни в чём не виновен.
— Я сделаю так, что его выпустят. Надо пару дней подождать, но он выйдет. Разберись со всем этим, прошу тебя, — произнёс генерал. — Найди доказательства. Кто бы это ни был — Дивов, Стоцкий или они оба вместе — виновные понесут заслуженное наказание. Это я тебе обещаю.
— Говорят, великий магистр вхож к самому императору, — повторил я фразу, вчера услышанную от Минаева.
А значит, за него запросто могут заступиться свыше. И с этим мы ничего не сделаем.
— Так и есть, но это не поможет ему избежать ответственности. Потому что у меня тоже есть связи при дворе, — расправив плечи, заявил Герц. — Найди доказательства. Я не смогу вернуть племянника, но он хотя бы должен быть отомщён. За любой помощью и ресурсами обращайся сюда, — он протянул визитку без имени, где был только номер мобильного. — Скажешь, что от меня, тебе что угодно достанут. Или кого угодно. В разумных пределах, конечно же.
— Я бы очень хотел побеседовать с Игорем Ланцовым, — сказал я, подтягивая визитку к себе. — Он подозреваемый по делу, но находится в бегах. Вернуть магистра Стоцкого в Российскую империю и допросить тоже было бы кстати.
— Что-нибудь придумаем. И поторопись, прошу тебя, — Герц взял фуражку и поднялся. — С каждым днём умирает всё больше людей. Скоро может начаться паника, и тогда нам станет не до расследования.
Судя по разговору, генерал был искренним. Он и правда хотел уничтожить проклятую болезнь и отомстить за племянника.
— Знаю. Время в любом случае ограничено, — сказал я, но не уточнил почему.
А дело было в том, что мой брат тоже находится на грани гибели. Только стазисный кокон удерживает его от смерти, но как долго он продержится? На этот вопрос ответить я не мог… Не говоря уж о том, что все остальные Зорины тоже под угрозой, и Странники в любой момент могут активировать проклятия.
Почему они до сих пор этого не сделали — загадка. Полагаю, что их силы тоже ограничены. Если погибшие люди заражают остальных без участия Теневых, то для активации новых проклятий им может быть нужно много энергии. Потому они и ждали, чтобы начать эпидемию, копили силы.
— До встречи, барон, — Михаил Романович кивнул и направился к выходу.
— Один момент, генерал, — я встал из-за стола. — Есть подозрения, что наш Гордеев играет на руку Конгрегации.
Я рассказал ему о своих выводах. Герц хмуро выслушал меня и кивнул.
— Подождём немного. Я установлю за ним наблюдение. Если подтвердится — накажем по всей строгости. Он отправится за решётку вместо Кретова… Ну а Кретов, возможно, займёт это место, — генерал взглянул на кресло начальника.
— Уж не знаю, обрадуется Дмитрий или нет, — усмехнулся я.
— Не знаю никого, кто бы справился лучше. К тому же, провидец во главе отделения — это будет что-то новенькое. До свидания, — генерал пожал мне руку и вышел.
Я забрал свой почти остывший кофе и залпом выпил его. А затем, подумав, отправился в кофейню и взял ещё два стакана. Хотелось не только порадовать Кретова хорошими новостями, но и угостить его кофе. Думаю, охрана не будет против.
Коридор к камерам вился узкой лентой, освещённой тусклыми лампами. Охранник, узнав меня, молча откинул засов.
Дмитрий встретил меня взглядом поверх очков, сидя на краю койки с книгой в руках.
— Развлекаешься? — улыбнулся я, протягивая стакан через решётку.
— Скучаю. Книга помогает немного отвлечься.
— Генерал Герц сказал, что тебя выпустят, — прошептал я. — Но придётся подождать ещё пару дней.
