Утро наступило слишком быстро. Немного приведя себя в порядок, мы купили кофе и отправились к графу Сытину. Раннее утро выходного дня радовало отсутствием автомобилей на дорогах и тишиной.
Роскошные кованые ворота поместья были украшены фамильным гербом Сытиных. Когда наш автомобиль остановился у въезда, автоматические камеры повернулись в нашу сторону с едва слышным жужжанием.
Чуть помедлив, ворота открылись. Хотя мы и не предупреждали о визите, нас пропустили. Видно, поняли по мигалке на крыше, что машина полицейская.
На крыльце нас встретил дворецкий. Вежливо поклонившись, он сказал:
— Доброе утро, господа. Чем могу помочь?
— Полицейские провидцы Дмитрий Кретов и Георгий Зорин, — ответил мой наставник. — У нас есть вопросы к графу.
— Прошу внутрь, — дворецкий жестом пригласил нас в дом.
Нас проводили в гостиную и предложили чаю, но мы отказались. Я сел на диван, рассматривая роскошное убранство дома. Пока что не видел причин, зачем бы столь обеспеченному человеку заниматься подобными преступлениями. Но подозрения всё равно были.
Граф Сытин вскоре пришёл к нам. Высокий, подтянутый мужчина лет пятидесяти с седеющими висками и холодными серыми глазами. Он был одет в безупречный костюм-тройку, на правой руке блестел золотой перстень с родовым гербом.
— Господа, — его голос звучал ровно, без тени волнения, — какая неожиданная честь. Чем могу помочь?
— Здравствуйте, Роман Витальевич. Перейду сразу к делу: мы выяснили, что вам принадлежит копия «Кодекса Умбры», — ответил Дмитрий. — Это так?
— Да.
— Мы можем взглянуть на неё?
— С какой же целью? — не показывания ни капли раздражения или недовольства, поинтересовался граф.
— Формулы из книги были задействованы на месте преступления.
— Вы меня подозреваете? — Сытин изогнул бровь.
— Пока что нет, — сказал я, не отводя взгляда. — Мы можем взглянуть на книгу?
Роман Витальевич какое-то время помолчал, а затем кивнул:
— Хорошо, идёмте. Я покажу вам его.
Библиотека графа была расположена на втором этаже. Она была не слишком большой, но впечатляющей — было видно, что здесь много редких и коллекционных изданий.
— Кажется, здесь, — сказал Сытин.
Он подошёл к одному из шкафов, достал ключ на серебряной цепочке и открыл резную дверцу.
— Вот, — он вынул толстый том в потёртом кожаном переплёте и протянул мне. — Не думаю, что кто-то трогал его последние лет десять.
Я осторожно раскрыл книгу. Обложка была покрыта пылью, страницы пожелтели от времени, а между некоторыми из них застыли засохшие травинки-закладки.
— Позволите проверить на следы недавнего использования, ваше сиятельство? — спросил Кретов.
Роман Витальевич развёл руками:
— Конечно. Хотя сомневаюсь, что найдёте что-то интересное.
Я уже видел и чувствовал, что на книге нет следов эфира. Какие-то еле заметные искры и туманное завихрение — но им, судя по всему, много лет. Когда-то книга использовалась по назначению, теперь она мертва, как музейный экспонат.
Кретов создал какое-то плетение и тоже, кажется, ничего не увидел.
— Такая могущественная книга, — сказал я, закрывая гримуар. — Почему же вы её не используете?
Граф усмехнулся:
— Разве это законно? К тому же, для её использования нужно очень много сил. А я никогда не был сильным магом. Моя семья хранит традиции, но в последнее время я больше занимаюсь виноделием, чем магией. У меня есть виноградник под Анапой. Хотите попробовать вино?
Кретов обменялся со мной взглядом.
— Нет, мы предпочли бы осмотреть дом.
Сытин на мгновение нахмурился, затем кивнул:
— Если угодно. Мне нечего скрывать. Только семейный склеп прошу не тревожить.
«Слишком уж поспешное предупреждение», — отметил я про себя.
Осмотр начался с первого этажа. Кабинеты, гостиные, столовая — всё дышало безупречным порядком и дорогим вкусом. Ни намёка на что-то подозрительное.
Когда мы поднялись на второй этаж, я почувствовал слабое эфирное колебание. Следы похожи на те, что оставляет Оскар после перехода в эфирную форму.
— Здесь что-то есть, — шёпотом сказал я Кретову.
Дмитрий кивнул — он тоже заметил.
Роман Витальевич, шедший впереди, остановился у массивной дубовой двери.
— Моя личная спальня. Если желаете…
— Мы хотели бы увидеть вашего фамильяра, — прервал его я.
Граф медленно повернулся. Его лицо оставалось невозмутимым, но лицо чуть напряглось, и от меня это не ускользнуло.
Нельзя сказать, что я стал сильнее подозревать его в причастности к покушениям. Но всё равно кажется, будто он что-то скрывает.
— Зачем? — спросил Сытин.
— Протокол, — сухо ответил Кретов. — При расследовании подобных дел мы обязаны проверять всех фамильяров. Способности вашего говорят о том, что он мог быть причастен к похищениям.
Наступила пауза. Затем Сытин вздохнул и позвал:
— Дагор!
Воздух в комнате вдруг стал гуще, а из тени за портьерой выплыл демон. Размером с пятилетнего ребёнка, он всё равно выглядел угрожающе благодаря жуткой морде и торчащим из-под нижней губы клыкам. Да и когти у него на руках казались грозным оружием.
Когти…
— Мой фамильяр, — произнёс Сытин. — Как видите, совершенно безобиден.
— По роже не скажешь, — проворчал Дмитрий.
