– Николай Павлович, – говорил он царю, – тут, как это было при вашем внуке и правнуке, можно создать аэродром, где на небольших учебных самолетах будущие русские пилоты овладевали бы навыками летного мастерства. Ведь согласитесь – Россия просто обязана стать первой в мире авиационной державой. Вы даже представить не можете, насколько возрастет ее мощь, когда она обзаведется своими военно-воздушными силами.
– Почему не могу, Николя, – улыбнулся император. – Ведь во время путешествия в ваше время я в качестве пассажира совершил полет на вертолете. Пусть и недолгий, но его я запомню на всю жизнь. Машина от стен Петропавловской крепости совершила полет вдоль Невы, немного покружила над Петербургом и вернулась туда, откуда поднялась в воздух.
– Простите, я совсем об этом забыл, – ответил Сергеев-младший. – Но мне бы хотелось, чтобы ваши подданные научились сами управлять крылатыми машинами. Причем не только мужчины, но и женщины. Ведь дочь полковника Щукина достигла больших успехов в пилотаже и в совершенстве умеет выписывать в небе самые замысловатые фигуры.
– Николя, – нахмурился царь, – думаю, что, прежде всего, нам следует научить летать мужчин. Ведь аэропланы – это прежде всего оружие. Я читал донесение контр-адмирала Этолина об атаке вооруженного ракетами и пушками вертолета скопища дикарей на Аляске. Это так сильно их напугало, что с той поры колоши больше ни разу не пытались напасть на наши владения в Новом Свете.
Сергеев-младший не стал спорить с императором, тем более что Шумилин, окончив свое священнодейство, позвал всех к столу.
Дважды повторять приглашение ему не пришлось. Все дружно расселись, забренчали вилками, ножами и бокалами. Шашлык был съеден за какие-то полчаса. Потом царь и Шумилин отошли в сторонку, чтобы, как это часто бывает у мужчин, побеседовать о мировых проблемах. А молодежь, стоя на берегу Серебряного озера, наблюдала за плавающими в прозрачной воде огромными ленивыми рыбинами.
– Смотрите, смотрите, а это что такое? – неожиданно закричала Ольга. – Откуда оно взялось?
По озеру медленно двигался странный предмет, напоминающий перевернутую вверх дном лодку. В центре этого предмета возвышалось нечто, напоминающее башенку танка. Окутанный легкой дымкой неизвестный механизм – а ни у кого не возникло и тени сомнения в том, что сие является творением рук человеческих – бесшумно плыл по озеру, направляясь в сторону дворца.
Сергеев-младший достал из кармана рацию, чтобы отдать команду часовым, охранявшим дворец со стороны пруда, взять на мушку таинственного гостя. Но неожиданно легкая дымка превратилась в густой туман, а когда он через несколько минут рассеялся, то все увидели ровную гладь озера. Предмет, так удививший всех присутствующих, исчез, будто его и не было вовсе.
– Александр Павлович, – удивленный донельзя царь обратился к Шумилину, – что это было? Наверное, ваши друзья из будущего решили продемонстрировать нам очередное ваше техническое чудо?
– Не знаю, – растерянно произнес Шумилин. Он и сам был в полном недоумении. Никто из коллег полковника Щукина не предупреждал его о готовящемся сюрпризе. Кроме того, увиденный им предмет показался ему знакомым. Где-то он его уже видел… Только вот где?
– Дядя Саша, – сказал подошедший к нему Сергеев-младший, – я, кажется, понял, что это было. Помните, в Военно-морском музее есть похожая вещь. Это одна из первых в мире подводных лодок, построенная по проекту Стефана Джевецкого.
– Да, но это когда было в нашем времени, – ответил Шумилин. – Хотя… Помнится, что именно такая же лодка была продемонстрирована в 1880 году тогда еще цесаревичу Александру Александровичу именно здесь, в Серебряном озере. Я читал это в дневнике цесаревича.
– Но тогда что же получается, – удивился император, – мы с вами оказались в 1880 году?
– Нет, мы по-прежнему в своем времени, – ответил Шумилин. – Но произошло нечто весьма странное. Я не могу дать внятного объяснения этому феномену. Надо срочно связаться с Антоном – может быть, он поможет нам понять, что именно происходит. Вполне вероятно, что его машина времени начала глючить – простите, Николай Павлович, так мы говорим, когда механизм дает побочные эффекты. А вот это нам совершенно ни к чему…
Фрегат «Аврора», пройдя между двумя мысами у входа в Авачинскую бухту, направился к Петропавловской гавани, которая была своего рода столицей Камчатки. Хотя статус города Петропавловская гавань получила еще в 1812 году, она мало была похожа на город. Одна улочка с деревянными домами, складами и казармами, и население чуть более шести сотен человек – вот и все, чем мог похвастаться российский порт в этой части Тихого океана.
Великий князь Константин Николаевич, разглядывавший гавань в бинокль, тяжело вздохнул и, повернувшись к своему наставнику адмиралу Литке, разочарованно произнес:
– Эх, сколько сил и денег еще понадобится для того, чтобы превратить этот захолустный городишко в твердыню Российской империи, неприступную для врага.
