В Европе тоже не все было до конца ясно. Шумилин знал, что во Франции готовится свержение весьма непопулярного у народа короля Луи-Филиппа. Оно должно было произойти в ближайшее время. Но кто сядет на опустевший трон? Для Петербурга было бы невыгодно, если новый французский монарх окажется враждебно настроенным против России. Конечно, такого оголтелого русофоба, как несостоявшийся император Наполеон III, на троне в Париже уже не появится. Осужденный за попытку государственного переворота к пожизненному заключению, он был застрелен при попытке к бегству охранником тюрьмы. Предполагаемый же кандидат Жером Бонапарт, кузен убитого, к России настроен достаточно лояльно. Но пока он лишь гражданин САСШ, а не коронованная особа. Каким он будет монархом, остается только гадать.
Достаточно удачно складывались дела в Русской Америке. И на Аляске, и в Калифорнии позиции Российской империи были прочны. С Мексикой в самый последний момент удалось все же заключить выгодный для нее, да и для России, договор. В нем говорилось о праве Российской империи купить или взять в аренду часть тихоокеанского побережья Мексики. За это император Николай пообещал оказать по просьбе правительства Мексиканской республики любую помощь, в том числе и военную, в случае попытки некоей третьей державы покуситься на целостность Мексики. Для президента Гаррисона известие о заключении подобного договора стало холодным душем. К тому же значительные по площади индейские территории по решению совета проживающих там племен попросили у русского царя защиты и покровительства. Полная их интеграция в состав Российской империи еще не произошла, но многое для того, чтобы это случилось, уже сделано.
Главную же свою задачу Шумилин видел в организации Амурской экспедиции генерал-губернатора Восточной Сибири Николая Муравьева. Авангардом этой экспедиции должен стать отряд Геннадия Невельского.
С горечью Шумилин вспоминал, какой вред нанес русскому движению на восток уволенный императором Николаем I канцлер Карл Нессельроде. Он послушно исполнял волю австрийцев, ставленником которых, собственно, и был, повторяя, как попугай: «Излишняя активность России на Дальнем Востоке лишь отвлекает ее от дел европейских».
А вот другой немец, правда, в отличие от Нессельроде, родившийся в Санкт-Петербурге, Александр Миддендорф, своими глазами увидевший богатства Сибири, писал: «Мы постоянно вращались в той чрезвычайно любопытной полосе земли, где лицом к лицу встречаются соболь и тигр, где южная кошка отбивает от рыси северного оленя, где соперница ее – росомаха – на одном и том же участке истребляет кабана, оленя, лося и косулю, где медведь насыщается то европейской морошкой, то кедровыми орехами, где соболь еще вчера гонялся за тетеревами и куропатками, доходящими до запада Европы, сегодня – за ближайшими родственниками тетерки Восточной Америки, а завтра крадется за чисто сибирской кабаргой».
Исследуя документы и географические карты, Миддендорф пришел к выводу, что «Амур есть единственная значительная водная артерия, ведущая к океану, единственный путь, который природа дала со всех сторон Сибири».
Вот эта «единственная значительная водная артерия» и должна быть закреплена за Россией. И сделают это капитан-лейтенант Геннадий Невельской и казачий сотник Онуфрий Степанов. Первый – человек из XIX века, второй – из XVII века.
Шумилин хмыкнул. Года полтора-два назад ему бы и в голову не пришло такое. А теперь он и его друзья считают все происходящее само собой разумеющимся.
Александр встал из-за стола и потер занывшую поясницу.
Эх, скинуть бы годочков пятнадцать! Тогда и он сам отправился бы в поход. Но годы берут свое. Да и есть молодые, амбициозные и более толковые, чем он, молодые люди. Вот они пусть покажут, на что годятся. А мы будем болеть за них!
А тем временем все шло своим чередом в мирах, которые находились на расстоянии более ста пятидесяти лет друг от друга…
Экспедиция Невельского через портал была переброшена к месту слияния Шилки и Аргуни. Помимо судна на воздушной подушке «Ирбис», на котором размещался штаб экспедиции, вниз по течению Амура отправились два колесных парохода, построенные в Петербурге. На них хранилось имущество экспедиции и запас горючего для «Ирбиса». Помимо всего прочего, на пароходах могли быть установлены две установке ЗСУ-23–2 для самообороны и пулеметы. Невельскому было запрещено вступать в бой с китайцами и местным населением. Члены экспедиции были неплохо вооружены и экипированы, но император и Александр Шумилин надеялись, что путешествие по Амуру пройдет без эксцессов.
– Не забывайте, что сам проход кораблей до устья Амура – это не самая главная задача вашей экспедиции, – напутствовал Шумилин Невельского. – Мало вкопать столбы на новой границе, надо суметь убедить своих соседей в праве определять эти самые границы. Китай сейчас беззастенчиво грабят все кто хочет, и мы ни в коем случае не должны быть похожими на европейских грабителей.
