Сначала мне кажется забавным отсутствие деревьев. Здесь нет парка, как у Хатурова. Всё пространство двора занято цветочными клумбами и невысокими кустами. Есть пара беседок, но они кажутся кружевными и просматриваются насквозь.
Потом…
…в глаза бросается какой-то странный блик.
Смотрю на крышу дома и наконец-то понимаю, почему двор выглядит именно так. Судя по всему, на крыше у нас мужик с оптикой, а территория продумана так, чтобы к дому нельзя было подойти незаметно. Интересно, какого зверя раздразнил князь Львов, что превратил свой белый дворец в крепость? Хотя главу Тайной канцелярии многие животные должны не любить…
– Ну, ты выходишь? – интересуется Лекс.
– А, да. Прости.
Через портик мы заходим в особняк. Здесь нет современного минимализма, как у Хатуровых. Светло, просторно. Широкие арки. Золотая лепнина и белый камень. Белая же мебель. На её фоне видно любое движение. Действительно любое: здесь куча камер. Я уже насчитал шесть штук, а ведь наверняка есть и те, что хорошо замаскированы от чужого глаза.
– Никита Станиславович, прошу, – говорит… дворецкий? – Николай Михайлович вас ждёт.
На дворецкого этот подтянутый мужик с цепким взглядом похож так же, как Матвей – на камердинера.
Внезапно до меня доходит вторая половина сказанного.
– Только меня ждёт? – удивляюсь. Неожиданно.
– Топай, Каменский. – Львов подталкивает меня в спину.
Выходит, он успел позвонить отцу, пока я собирался.
Что ж… видимо, у нас с Николаем Михайловичем Львовым, главой Тайной канцелярии императора, есть какие-то общие дела. Пора узнать – какие.
Стучусь.
– Входи, – раздаётся спокойный мужской голос. – Входи, Никита. Ничего, что я так… на «ты»?
Пожимаю плечами. На самом деле мне всё равно. Главное – информация.
Львов сидит спиной к окну. Свет бьёт в глаза, оттого я вижу лишь силуэт.
– Присаживайся. – Хозяин кабинета гостеприимно указывает на глубокое удобное кресло напротив своего стола.
– Благодарю.
Осматриваюсь. Кабинет совсем не похож на мой замковый, из другого мира. В отличие от моего, этот огромный, просторный и… пустой. Стол, два кресла и несколько узких металлических стеллажей во всю стену не в счёт.
Какое-то время князь Львов молчит.
Разглядываю глазок очередной камеры и не мешаю князю надеяться, что я начну разговор первым. Нет. Свои проблемы я пока придержу. А если ему нужна от меня какая-то услуга, пусть выкладывает карты на стол.
– Никита, хотел бы ты посетить своё родовое поместье? – неожиданно спрашивает князь. – При определённых условиях, конечно.
Родовое поместье Каменских опечатано короной. Причины этого мне неизвестны, но попасть туда можно только с разрешения главы Тайной канцелярии – князя Львова.
Часть памяти Никиты Каменского стёрта. Всё, что он помнил о пожаре, – это что особняк выгорел почти дотла. И я не знаю, осталось ли там хоть что-то. Но если есть возможность туда попасть – я точно этого хочу.
Глаза привыкли к освещению, и теперь я вижу лицо князя. Львов-старший – такой же невысокий и худой, как и его сын. Провалы глазниц утоплены глубоко в череп. Чёрные встрёпанные волосы и острые черты. Больше всего он напоминает настороженного ворона.
Не спешу отвечать. Что задумал этот лис?
– Так тебе интересно моё предложение? – торопит Львов.
– Я пока не услышал конкретных предложений. Чего вы от меня хотите?
– Понятно. Ну что ж… – Он отворачивается от меня и подходит к окну. – Несколько лет назад в окрестностях столицы начали пропадать молодые аристократы. Как правило – из захудалых или обедневших родов. Когда счёт перевалил за десяток, император взял дело на особый контроль. Так и выяснилось, что подобное происходит не только в столице. Преступник – или преступники – выбирали тех, кого не хватятся сразу. Или не хватятся совсем.
– За несколько лет не нашли никого из пропавших?
– Никого. Как сквозь землю провалились. Некоторые из пропавших принадлежали пусть и к обедневшему, но древнему роду. Роду, имевшему и хранителя, и источник магии. Так вот когда их начали искать, оказалось, что хранители исчезли, а источники их родов исчерпали себя. Хотя это в буквальном смысле варварство. Источники существуют столетиями. А тут исчерпались всего за пару лет… Думаю, ты уже понял, к чему я веду.
– Я очень похож на ваших пропавших аристократов. Возраст, наличие дара, обедневший род, источник.
– Да, – кивает князь. – Но есть и ещё кое-что. Ты спросил, находился ли кто-то из пропавших. Так вот, Станислав Каменский, твой отец, был помешан на этих поисках. Чуть не разорился на добыче информации. А потом он погиб. Его лучший друг, граф Хатуров, почти два года держал тебя в своём поместье, чтобы не провоцировать убийц. Я лично помог Хатурову оформить опекунство в срочном порядке.
– Убийц?
– Именно убийц. Да, да, не смотри на меня так. Несмотря на то, что в заключении о смерти твоего отца сказано «смерть от несчастного случая», это было именно убийство. Сейчас, я думаю, ты должен знать о том, что тебе угрожает.
– Но эта угроза и делает меня полезным вам.
