– Да ведь ты сам хотел, чтобы я поступил в Шеффилд!
– Я-то хотел, – уже спокойно ответил император. – Но ты, кажется, мечтал учиться в России. И ты добился своего. А я пошёл на этот риск только потому, что принял твои аргументы. Они… достойны уважения, – неохотно добавил он.
– Ты меня запутал, пап, – вздохнул великий князь.
– Видишь ли, твой поступок настолько глуп, что мне очень хочется немедленно забрать тебя из Императорского училища. Чтобы ты не наделал ещё больших глупостей.
– Сказал же, больше не буду, – мрачно проговорил великий князь. – Но ты ведь сам говорил, да и вообще это общеизвестно: если оборотень не смог принять вторую ипостась в детстве, то потом первый оборот возможен только в экстремальных условиях.
– Да-да. Особенно на испытаниях, которые проводятся для поступления в Императорское училище… Ладно. Поверю тебе ещё раз. Но учти – малейшая глупость с твоей стороны, и ты едешь назад в Британию.
– Да, пап.
Александр Третий поднялся с подоконника, уселся рядом с сыном и неожиданно прижал его к себе.
– Рад был с тобой повидаться.
– Угу…
– И кстати. Я же не просто так наблюдал за тобой в этом лабиринте. Ты отлично прошёл.
– Спасибо, пап.
– А знаешь, это интересный опыт – побыть обычным аристократом, – оживился великий князь. – Пожить в казарме, завести друзей, твёрдо зная, что они дружат с тобой не потому, что ты императорской крови…
– Расскажешь?
– Ага. Пап… Что-то случилось?
– Пока нет. Но нас ждут неприятные времена. А живой ребёнок, знаешь ли, куда лучше, чем мёртвый оборотень… Конечно, я перестраховывался, несколько лет держа тебя за границей… Но именно сейчас тебе, как никогда, опасно находиться в России. И ты должен знать об этом.
– А знать, почему опасно, – я не должен?
– Я скажу, – медленно проговорил император. – Пожалуй, тебе действительно стоит быть в курсе. Дело в том, что я практически уверен: в империи готовится заговор. Заговор против династии Романовых. Точнее, в этом уверен князь Львов. А я доверяю ему – и как человеку, и как главе Тайной канцелярии.
– Можно подробнее? – напрягся великий князь.
– Пока ни к чему. Расскажи лучше мне, как оно – жить в казарме?
Великий князь покачал головой:
– По-разному. Но это… очень интересно. Хотя, если честно, довольно тяжело.
Внешне великий князь был очень похож на своего отца. Но перед тем, как расстаться, император вернул сыну личину, потратив на её восстановление добрых полчаса. Сложнейшее, трудоёмкое плетение, которое во всём мире было известно лишь единицам.
В первый же день тренировок я добрался до шестого места, а на следующий перебазировался на третье.
Моя группа показала себя тоже хорошо, хотя в первую десятку рейтинга попал только Палей. Что меня удивило – я поставил бы на Львова. Однако благодаря нашим общим результатам мы все получаем три лишних выходных. Как по мне – это лучше, чем торчать в лагере. Хотя и лагере есть чем заняться – там ведь лабиринт. Думаю, Зверевич опять нас в него загонит.
Но и тренировки в башне, и лабиринт в лагере – всё это детские игры в сравнении с тем, чем более трёхсот лет своей жизни занимался Никрас Борх.
Впрочем, такой симулятор я не прочь был бы получить и в своём мире – для учеников. Такая вот песочница для начинающих инквизиторов, это удобно.
Тренировочные залы башни – что-то вроде иной реальности с полным погружением. И карты городов (я работал в двух, но на деле их в десятки раз больше) выглядят не менее реальными, чем город в разломе. Есть даже водные локации, но добраться до тех я пока не успел.
Что касается монстров – думаю, что в башне их количество и виды сильно отличаются от того, что есть в мире разлома. Всё же тренировки скорее оттачивают мастерство выживания и реакцию, а не умение убивать. Потому что в реальности многих из тех монстров не пробить без огнестрела или арты. Ну, или без сильных техник одарённых. Что, как мы уже выяснили, в империи редкость.
Зато виртуально подохнуть во время тренировки можно вполне. А смерть обнуляет очки рейтинга. Который, в свою очередь, складывается из сложности карты, умения выживать и количества убитых монстров.
На третий день, вернувшись с тренировки, как всегда, первым делом принимаю душ и надеваю уже привычную удобную форму. Проверяю питомцев.
Шанк перебирает кучку своих часов. Такое впечатление, что любуется ими. Коллекционер хренов…
А кошак валяется на диване в гостиной и, задрав заднюю лапу, усердно занимается тем, чем занимаются обычные коты: вылизывает бубенцы.
– Хочешь, чтобы блестели? – интересуюсь.
Не отрываясь от своего занятия, он транслирует картинку: милый котёнок и какие-то жуткие лысые твари, окружившие его со всех сторон. У тварей длинные когтистые лапы и… клыки?
Не сразу, но понимаю, что так в понимании кошака выглядят блохи.
Ай да леший! Замок ему навесить на болтливый язык. Блох под яйца? Без задней мысли сказал, да? Теперь у меня в активе блохастый химеринг. Спасибо, что не я сам.
Поправочка: блохастый химеринг с блестящими нализанными яйцами…
Подхожу к столу, жму кнопку на терминале, и из столешницы выезжает монитор.
– Озвучь рейтинг младших курсов?
