– Каменский. – Палей кивает так, словно это я пришёл к нему в гости, а не наоборот.
– У нас сегодня день встреч? – интересуюсь у Токсина.
Токсин пожимает плечами и продолжает выгружать на стол еду. Впрочем, пожрать не мешает точно. Тем более что от пакетов соблазнительно тянет мясом и пряностями.
– А разве вы по мне не скучали? – невинно спрашивает Палей. – Решил вот больше вас не мучить своим отсутствием.
– Господа? – В комнату заходит Львов.
Следом за ним вваливается Ильин.
Крайт, видимо, уже понял, что все эти наглые визитёры не враги. И с недоумением спрашивает:
– Большая стая?
Дурдом…
Через час Токсин, как организатор обеда, сметает в пакеты пустые одноразовые тарелки.
– Ну чё? На выход? Приятно было разделить с тобой курицу мира, брат! – Он стукает меня по плечу и кивает остальным: – Погнали, чего расселись? Не будем мешать Камню медитировать.
– Я задержусь, – негромко говорит Львов.
Закрыв за парнями дверь, поворачиваюсь к нему:
– Итак, зачем ты их ко мне притащил? Вряд ли для того, чтобы просто совместно пожрать.
– С чего ты решил, что это я их позвал?
– Брось. Ладно Бородин, тот вообще за любой кипиш. Но с чего сюда приходить Палею? Что, княжичу так надоели подаваемые к семейному столу фуа-гра и камчатские крабы, что он внезапно решил заменить их на курицу-гриль из ближайшего маркета? Не смеши.
– Ты прав. Здесь, в башне, должны знать, что у тебя есть поддержка. А тот же Бородин… Многие знают о его связи с лучшим аукционным домом столицы. То, что он бастард, на самом деле важно только Максу Горчакову. Задирать нос, чтобы потом остаться без редких ингредиентов? Глупо. А в Императорском училище очень мало глупых людей. Это тебе не лагерь кандидатов, тут люди знают, что к чему.
– Палей отлично задирает нос, – замечаю я, и Львов усмехается.
– Скажем так, он отлично УМЕЕТ задирать нос. Кстати, о нём. Насчёт веса рода Палей и говорить нечего. А сам Серж… он со мной.
Киваю.
– А Ильин тебе зачем? Он вообще из провинции и веса никакого не имеет. Впрочем, он выглядит надёжным человеком.
– Мне тоже так кажется, – говорит Львов. – А провинция… Тут тоже есть свои тонкости.
Выходит, и тут у нас какая-то тайна? В этих хитросплетениях имперских родов сам двенадцатирукий Шанкра руку сломит.
– Ну… спасибо.
– Не бери в голову, – отмахивается Львов и тут же улыбается: – Золотко? Рад тебя видеть.
Оглядываюсь и действительно вижу в дверях спальни Шанка. Два последних дня мне приходилось щедро делиться с ним тёмным эфиром – и, кажется, длань бога наконец-то начала приходить в себя. Правда, на клептоманские приключения он пока не отваживается. Сидит дома и бычит на Крайта. На меня тоже. Хотя купленный мной золотой браслет впитал, а часы присоединил к своей коллекции.
Кошак, кстати, упорно делает вид, что Шанк ему не интересен. Тем более что я сразу пояснил, что длань бога – это «младший в стае».
– А кот у тебя тоже интересный, – внезапно говорит Лекс. – Слишком умный.
Крайт вылез из-под дивана, только когда гости разошлись. Со Львовым-то он уже знаком. Но тоже делает вид, что ему безразлично. Разлёгся на подоконнике и типа уснул.
– Не жалуюсь. В обувь не гадит…
«Пф-ф…» – возмущается кошак.
– Молодец, – оценивает Львов. – Но я не о том. Такое впечатление, что он меня… ну вроде как сканирует.
Твою ж мать. Ну лишь бы очаровывать не вздумал!
– Ты ему скажи, чтоб так не делал, – усмехается он. – Зачем тебе лишние проблемы?
– Скажу. Слушай, Лекс, а твой отец знает про… э-э-э… Золотко? Кстати, его зовут Шанк.
– Нет, не знает. И про кота твоего тоже не узнает, но лучше бы им не встречаться.
Сначала я думал, что ментал – это второй дар Лекса. На самом деле нет. Второй – это целительство. А вот основной дар его рода – именно аспект ментализма. Даже странно, что князь Львов за всё время нашей единственной беседы ни разу не попытался воздействовать на меня менталом. И сразу сказал, что ему от меня нужно.
А вот что от меня нужно его сыну? Ведь Лекс меня едва ли не опекает. По указке отца?
Никакого проникновения в свои мозги я не ощущаю, но менталисты – вообще народ чувствительный, и Лекс вдруг говорит:
– Лезу не в своё дело, да? Ну я бываю зануден, извини.
Хмыкаю:
– Бываешь, ага.
– Но вообще, я думаю, что мы можем быть друг другу полезны.
– Пожалуй, – усмехаюсь я. – Да всё в порядке, Лекс.
Кажется, мне только что предложили дружбу. Ну… всё к тому и шло. Не то чтобы я был против. Младший Львов действительно бывает зануден, но пока это не напрягало. Однако Ильин, помнится, сказал прямо: «Предлагаю держаться вместе».
Что же до старшего Львова… Да, я согласился рассказывать ему обо всех странностях, которые происходят вокруг меня. Но вот говорить о бункере пока не собираюсь. Сначала надо обсудить ситуацию с Матвеем.
А там будет видно.
От стола раздаётся жужжащий звук, и мы с Лексом синхронно поворачиваем головы, глядя на выезжающий по собственной воле экран. На нём загорается спутниковая карта столицы. На западной окраине, как раз там, где я привык тренироваться с котом, пульсирует красная отметка.
