Кабан играть не намерен. К тому же явно неплохо оценивает свои шансы. Не успеваю просчитать тактику боя, как он отбегает метров на сорок.
Делаю несколько шагов в сторону твари, но она отступает ровно на столько же. Останавливаюсь. Тут мне нечего ей противопоставить: бегает человек медленнее, чем зверь.
Видимо, кабан собирается переждать в безопасности до момента перезагрузки умения. Ведь плеваться кислотой куда проще, чем сражаться в ближнем бою с незнакомым противником. К тому же в этом мире все твари тёмного эфира слабее, чем в мире разломов. Насколько помню из лекций Зверевича, кабану понадобится минут пять.
Откуда-то доносится стрельба. Различаю калаш и перекрывающий его треск звук КП. Следом бухает что-то ещё. Миномёт? Мне его звук незнаком, как и Никите Каменскому. Но, наверное, это он. Канонада раздаётся достаточно близко, хотя переливающейся арки самого разлома всё ещё не видно за многоэтажками и переплетениями улиц.
Неожиданно замечаю движение на периферии зрения. Это Крайт тоже вылетел из машины и понёсся мне на помощь.
Но нет. Кот перетекает из-под одной машину под другую, оставаясь невидимым для моего противника.
Всё время, что мы мчали на родстере, шёл лёгкий дождь. Сейчас он внезапно превратился в ливень, и капли стекают по стеклу шлема. Откидываю щиток и перехватываю меч. Рукоять скользит в мокрой ладони.
Оглядываясь на Лекса, вижу, что он работает над облёванным кислотой мужиком. С ладоней срывается голубая дымка дара. К тому же за пару минут, что я играл с кабаном в гляделки, из переулка выбежали ещё несколько человек. И, судя по их виду, наш кабан – не единственный, что прорвался через периметр. Какую-то девушку буквально тащат на руках.
Так что теперь Лекс плотно занят, оказывая им первую помощь.
Наверное, оно и к лучшему. Непосредственно помочь в бою целитель всё равно не сможет. Я же, в свою очередь, постараюсь не подставляться под удар и уберечь свою задницу от лишних проблем.
В какой-то момент понимаю, что пять минут уже истекли, а кабан не двигается. Хотя самое время ему скакать на Лекса, плюясь во все стороны кислотой и вынуждая меня разрываться между защитой сразу нескольких человек.
– Эй, двухголовый! Драться будем или как? – интересуюсь, делая шаг ближе.
Кабан опять отступает. А потом разворачивается…
…и резво даёт дёру в подворотню.
Вот сейчас не понял?
Срываюсь за кабаном, слыша в спину крик Львова:
– Каменский, стой! Куда попёр в одиночку?!
Нет. Как раз в одиночку мне и лучше. Свободнее. Не настолько я пока доверяю Львову (а особенно его отцу, главе Тайной канцелярии), чтобы демонстрировать своё искусство владения мечом.
Как выяснилось, изменённые в этом мире не так чтобы тайна. Если о них знает нечисть – знают и люди. И изменённые сильнее обычных одарённых, это я помню по Миле. Из-за моих навыков я вполне могу попасть под подозрение в том, что я каким-то образом к ним причастен.
А скрывать силу и умения во время серьёзного боя – это игры в пользу бедных.
Так что ныряю в подворотню следом за зверем и прислушиваюсь. Он уже выскочил с другой стороны. Ливень заглушает цокот копыт, и расстояние между нами не определить.
– Справа! – транслирует химеринг.
Кота мне не видно, но на сердце разливается тепло оттого, что пушистый где-то рядом.
Отскакиваю в сторону, противоположную той, что озвучил Крайт.
Вовремя.
– Шу-у-у-ух! – мимо лица проносится кислотная струя. – Шу-у-ух! – вторая.
Следом мимо пролетает туша хозяина струи. Клыки клацают у моего плеча. Использую инерцию поворота для усиления удара мечом. Клинок скользит по мокрой от дождя шкуре, но всё же пробивает её, потому что тварь визжит и снова разрывает дистанцию.
Посылаю коту «лучи добра». Тут же вспоминаю, что сегодня мы с ним так и не выбрались на ловлю змей. А потом понимаю, что змеи пока не нужны. Источника кабана вполне хватит, чтобы накормить моего личного пушистого монстра. Может, теперь он и мясо его будет жрать…
Оцениваю возможные тактики. Пролететь под кабаном, распарывая его от шеи до мягкого брюха, идея интересная, но невыполнимая. Копыта у него невысокие, потому есть прекрасный шанс остаться погребённым под четырёхсоткилограммовой тушей.
Бросаться на такую тварь с клинком наперевес тоже не вариант. Для такого финта нужно лобовое столкновение на скорости, чтобы инерция кабана позволила ему самому насадиться на мой клинок. Иначе я только попорчу ему шкуру.
Кабан же явно не хочет второй встречи с мечом. Не подпускает меня к себе, но и отойти не позволяет. В маленьких глазках – злобное предвкушение убийства. Между нами – метров двадцать. На такое расстояние моя удавка не добьёт.
Иллюзией в виде химеринга такого тоже не напугать. А такая иллюзия – пока мой максимум. Как же его достать?
А что, если…
– Когда дам команду, позволь ему почуять тебя, – транслирую я Крайту.
Одновременно с этим плету уже привычную иллюзию. Наполняю её тьмой. Десяток пауков несётся к кабану и забирается по ногам к обеим его мордам. И выше – к чешуйчатым лбам.
