– Не так много, как хотелось бы. Но важно не это. Важно то, чему человек с аспектом огня может научить одарённого иллюзиями? Родовых техник моего дара у вас нет. Так почему вы вызвались стать моим наставником? Показать техники медитаций можно за несколько занятий. Так что должно быть что-то ещё.
Я до сих пор не знаю, могу ли ему доверять. Даже не так. В этом мире инквизитор Никрас Борх может доверять только приручённому химерингу Крайту. А вот может ли доверять Хатурову Никита Каменский?
Но, к моему удивлению, он отвечает прямо:
– Потому что даже если у ребёнка нет второго дара – который вообще огромная редкость, при определённом обучении есть шанс научиться работать со стихией второго родителя. У твоей матери это огонь. Как и у меня. Я могу показать тебе техники, которые сделают огонь безопасным для тебя. Если сумеешь обучиться этому – вторая ступень техник поможет тебе управлять чужим огнём. Не вызывать его, а именно перехватывать пламя под свой контроль.
Ого! Это же охренеть как круто! Но…
– Почему я о таких техниках не слышал?
– Потому что эти техники принадлежат исключительно моему роду.
– И вы передадите их мне?
– Я обещал это твоему отцу. – Он пожимает плечами. – Но наши договорённости тебя не касаются. Кроме этой.
– Я согласен. И… спасибо.
Через час на мне нет живого места. Руки, лицо, волосы – все в подпалинах. Чёртовы файерболы графа вездесущи. Защищаться от них Хатуров запретил – я должен брать их под контроль. А договориться с чужим даром пока не получается. К тому же их много, а я даже один не могу контролировать. О том, чтобы масштабировать плетение контроля сразу на рой файерболов, и речи пока не идёт.
Граф расслабленно сидит в кресле, которое по его приказу притащили курсанты, зевает и только изредка щёлкает пальцами, вызывая всё новые и новые шары. И я не могу сдержать злобной усмешки, когда наконец один из десятка шаров подчиняется мне и возвращается прямо к Хатурову, чтобы впитаться в его лоб.
Граф потирает лоб и с удивлением смотрит на меня.
– Неплохо, Никита, – наконец говорит он. – А давай-ка вот так…
И на меня летят уже два десятка фаерболов.
Работу с плетениями контроля чужого дара граф перемежает с чистой боёвкой. Бьют меня довольно сильно. Но аккуратно. И давая возможность оценить происходящее. Узнаю кое-что новое – но этого мне мало, ничтожно мало. Однако и Шанкра не сразу обзавёлся кучей конечностей…
Пожалуй, самое главное, что я выясняю на первом занятии со своим опекуном, – что огонь действительно является серьёзным противником тьме. Недаром лучше всего закрывают разломы именно маги с аспектом огня. И именно аспект огня у представителей императорской династии. Которая, кстати, сменилась именно после появления разломов. До этого правил род с пространственным аспектом – портальщики, проще говоря.
– Достаточно на сегодня, – говорит наконец Хатуров. – Я тобой доволен.
Возражаю:
– Ещё пятнадцать минут осталось.
– Я сказал – достаточно, – отрубает он.
– Вы обещали показать ещё техники медитации, которые предпочитал мой отец, – напоминаю ему.
– Завтра в десять утра. Пока занимайся как умеешь. А мне нужно созвониться с юристом и составить соглашение на твой допрос. Или ты уже передумал?
Мотаю головой. С чего бы мне передумать.
– И вот что, Никита. Всё же старайся быть осторожным. И не покидать без нужды башню! – рявкает Хатуров.
Ну… Трогательно, как сказал бы незабвенный леший.
Понять бы ещё причину такой заботы.
Поразмыслив, к Таш я не иду. Сижу в своей комнате и медитирую.
Следующим утром мой опекун действительно предлагает показать обещанное. Многого не жду. Техник медитации для развития каналов существует много. Те, которые использовал отец Никиты, мне тоже известны, но сам я всегда использовал другие. Хотя стоит попробовать – возможно, в плане аспекта иллюзий это действительно будет полезно.
Однако во время занятия кое-что и правда кажется мне интересным. В моём мире недостатка в эфире не было. Здесь же, в условиях постоянного эфирного голодания, люди разработали методы, позволяющие тратить мало, а получать – больше. Если раньше во время медитаций я опирался на источник, то техники Хатурова позволяют превратить всё тело в эфирный резонатор. Отклик приходит тут же: словно в систему моих каналов встроились ранее недостающие части.
Хочется заниматься дальше, но медитацию приходится отложить – потому что в обед я получаю приглашение от главы Тайной канцелярии.
Видимо, меня всё-таки решили…
…допросить.
Ну ладно – опросить. Как свидетеля. Причём не в конторе – а в поместье Львова. Вероятно, дело настолько серьёзно, что глава Тайной канцелярии опасается прослушки даже на собственном рабочем месте.
Что ж, надо ехать. Заодно потребую обещанный князем Львовым доступ к родовому поместью Каменских.
