Конечно, она не раз видела, как поднимают мёртвых. В моём мире некроманты не редкость. Но некромагия не работает на божественных созданиях. А так… Уверен: богиня верно поняла мой намёк. С этого момента в каждом своём создании она будет видеть потенциальную опасность. И будет думать: нет ли там части моей тьмы?
Наконец Тея отводит глаза и просит:
– Убери.
Да мне пока и не нужен единорог-зомби.
Она протягивает крошечное прозрачное сердечко на цепочке. Розовое, разумеется.
– Вот ключ. Ты умеешь открывать порталы. Направь плетение на ключ – и выйдешь в мой мир.
– Прямо в руки Карха? – ухмыляюсь, забирая сердечко.
– Он не бывает там сам. Мой вишнёвый миндаль ему отвратителен, – хмыкает богиня. – До встречи, Никрас. Я даже рада, что не поймала тебя.
– Можем поиграть ещё, – насмешливо предлагаю. – Было весело.
– Нет, пока не стоит. Мои единороги мне всё-таки дороги, – улыбается богиня.
А потом проводит ладонью над двумя трупами, и они, растворяясь розовым туманом, втягиваются в туши живых.
Когда богиня исчезает, я внимательно разглядываю ключ от её мира. И сдаётся мне, что этот ключ разглядывает меня…
Пока я соображаю, интуиция это или глюк от усталости, розовое сердечко Теи внезапно обжигает мне ладонь и…
…исчезает, оставив в моей руке только короткую цепочку.
Не успев даже удивиться, я вижу на ладони бугорок, быстро ползущий к запястью, к локтю и выше.
С матом пытаюсь вытащить из себя долбаную штуковину – но безуспешно.
Добравшись до плеча, бугорок резво спускается ниже… ещё ниже… И когда я уже начинаю ждать от богини серьёзной подлянки, замирает около пупка. Где в секунду превращается в татуировку.
Розовую.
В виде сердечка.
Ну, Тея!.. Этого я тебе не забуду.
Плюнув на татушку, возвращаюсь к источнику рода Каменских. Опускаюсь перед ним на траву и кладу на камень ладони. Надо понять, почему он отказался меня принимать.
Если сюда явятся остальные боги – они не будут меня убивать. Даже сам Карх, ведь тогда он лишится возможности вернуть украденный у него кусок тьмы. А вот я с радостью сверну этому козлобородому шею. Но мне нужно время. И союзники. Здешнее оружие, не зависящее от маны и эфира, может стать неплохой альтернативой божественным артефактам, способным убить бога…
Но теперь, кроме мести божкам, у меня есть и ещё одно дело.
Высшего надо вернуть.
Около источника рода Каменских я провожу ещё пару часов.
Пытаюсь общаться.
Лью на него свою кровь.
Периодически получаю один и тот же ответ:
Это может означать только одно. Точнее, вариантов – два. Или жив князь Станислав Каменский, отец Никиты. Или у Никиты есть старший брат.
Или я чего-то не знаю об этом мире… Потому что оба варианта совершенно нежизнеспособны.
Оторвав несколько полосок ткани от футболки, пропитываю их кровью богини любви и кровью единорогов. Вежливо прощаюсь с источником и ухожу.
Теоретически где-то неподалёку находится родовое поместье Каменских, и оттуда меня могут довезти до города охранники… Но я исчез из камеры полицейского изолятора и, несомненно, нахожусь в розыске. Пока не хочу объявляться. Да и времени с моего исчезновения прошло всего часов пять. Сейчас утро десятого августа – ещё сутки назад я был в военном лагере Императорского училища.
Сориентировавшись по сторонам света, иду на восток – к столице. Умение медитировать на ходу весьма полезно, кстати. Толку мало, но это лучше, чем просто тупо шагать.
Час спустя я выхожу на шоссе и наконец соображаю, что у меня опять нет с собой ни банковской карты, ни налички, ни смартфона.
Фигня вопрос, собственно. Чтоб это было самой большой моей проблемой.
Полчаса на обочине – и мой поднятый палец замечает какой-то дальнобой. Едем мы с ним весело, но недолго: в столицу мужику не нужно, уходит по объездной. Я же снова выгружаюсь на обочину и снова поднимаю палец.
Тишина. Здесь уже и народ невнимательней, и машины подороже. А выгляжу я сейчас, прямо скажем, не как князь.
Но спустя ещё полчаса рядом останавливается задрипанный серый седан.
– Тебе куда, пацан?
Называю адрес.
– Прыгай. Только туда я не доеду – на проспекте тебя выброшу.
На проспекте так на проспекте. Киваю и загружаюсь на переднее сиденье.
Ещё через час я стою перед квартирой Токсина.
Вряд ли он был бы против – а мне необходимо если не пожрать, то хотя бы помыться и переодеться. И вот потом возвращаться в полицию. Скрываться я смысла не вижу.
Понятно, что ключей у меня нет. Но иллюзорные паучки, оживлённые тьмой, отлично справляются с замком. Ухмыляюсь, открывая дверь: податься, что ли, в грабители банков…
– Во-ор-р! – словно в ответку на мысли грохочет потусторонний голос.
Не успев зажать уши от мерзких звуков, я спотыкаюсь на ровном месте и валюсь на пол, врезавшись затылком в обувную полку.
– Какого!..
– Во-ор-р! – продолжает вопить пустота едва ли не на уровне ультразвука.
– А ты-то кто?
– Во-ор-р! – упоённо продолжает…
…домовой.
А кто ещё?
