– Вот как… – Назаров явно мне не верит. – Отчего же вы мне сразу не сказали об этом?
Развожу руками.
– Виктор Алексеевич, я был не уверен. К тому же хотел спасти её сам… Это было для меня выгодно. Я не забыл, как ваши люди пытались меня похитить. Но теперь я спас вашу дочь. Возможно, это изменит ваше отношение ко мне.
– А вы в нём сомневаетесь? Даже после дарственной на «Золотой гранат»? Но неважно. Фотографию моей дочери вы увидели больше двух недель назад… – цедит Назаров сквозь зубы. – Какого же… За это время с ней могло случиться всё что угодно!
Пожимаю плечами:
– Не думаю. За ней присматривали.
– Кто присматривал, чёрт вас побери?!
– Леший, – отвечаю безмятежно. – После смерти барона Васильева защитный полог от нечисти над его поместьем деактивировался, и леший любезно взял на себя эту роль.
Назаров матерится так, что позавидовал бы любой гоблин.
– Вы идиот?!
– Виктор Алексеевич, – говорю очень спокойно, – вы сказали мне, что ваша дочь погибла несколько лет назад после закрытия разлома. Девушка, которую я увидел в доме барона, могла быть просто очень похожа. Я сомневался. Я оставил её под присмотром. И при первой же возможности вернулся за ней.
Он трёт виски, смотрит в землю и молчит.
– Вы же, несомненно, знаете о моих проблемах, – говорю укоризненно. – И тем не менее я нашёл время заняться вашими…
– Какие там у вас проблемы… Они ещё и не начинались… – бормочет Назаров. – Ах да. Арест… А что, это не вы, Никита, украли артефакт британского посла?
– Нет, не я.
– Кто там у вас адвокат… Урусов наверняка? Ну, он один из лучших… Даже не знаю, чем ещё вам помочь, на самом деле…
– Я не нуждаюсь в помощи.
Назаров неожиданно усмехается.
– А я не люблю быть в долгу. Эта ваша история с лешим совершенно неправдоподобна, но моя дочь здесь. Я… Я безмерно вам благодарен, князь. Даже если вы всё это выдумали. Даже если на самом деле вы… Хотя вряд ли можно предположить связь между вами и…
Он осекается.
– Связь между мной – и кем? – уточняю я.
– Неважно, – угрюмо отвечает Назаров.
Пожимаю плечами.
– Виктор Алексеевич, вряд ли вы мне что-то должны. Считайте, что вы уже расплатились. Заранее. Клубом «Золотой гранат», помните? Полагаю, теперь мы друг другу ничем не обязаны.
И тут Назарова всё же пробивает на истерику. Хохочет, мотает головой. Но очень быстро берёт себя в руки.
– Интересный вы юноша, князь. Право, не ожидал. Впрочем, и отец ваш был… весьма неординарным человеком. Есть в кого, н-да…
Он поднимает руку и щёлкает пальцами. Один из охранников мгновенно вырастает за его спиной.
– Проверить немедленно: барон Васильев, поместье где-то тут… что это за район?
– Озёрский, – подсказывают ему.
– Поместье в Озёрском районе Подмосковья. Родовая особенность – медведь-оборотень. Всю инфу мне, особенно за последний месяц. БЫСТРО! И коньяку нам с князем.
Люди Назарова вымуштрованы превосходно. Не проходит и пары минут, как на обочине появляется раскладной стол, стулья и сервировка. Его сиятельство делает приглашающий жест в мою сторону и, ещё не усевшись, залпом опрокидывает в себя коньяк.
А я печально обвожу взглядом скудную закусь: лимончик, шоколад и сырная нарезка. Жрать хочется…
– Леший… – хмыкает Назаров, выпив вторую порцию. – Это же надо выдумать… Даже странно, Никита, что вы не сочинили что-то более правдоподобное. Мальчик, который справился с оборотнем, – ну куда ни шло. Но леший? Высшая нечисть, которая помогает человеку за просто так? Ах да, вы же спасли навку! Вам бы книги писать, князь. Сюжет уже есть…
– Непременно попробую, когда состарюсь, – обещаю я.
Назарову приносят планшет.
Он долго читает инфу, а потом снова трёт виски.
– Чертовщина какая-то… – говорит наконец.
Бесцеремонно разворачиваю экран к себе.
Барон Васильев… вёл жизнь отшельника… слухи о его нездоровых пристрастиях… Пропал без вести… предположительно тридцатого июля, всё верно. В саду обнаружены тела охранников, выпитых лесным духом, предположительно навкой. Всё же укатала она мужиков, значит. Жаль… Обнаружены остаточные элементы защитного полога от нечисти… Предположительно держал у себя лесного духа… Уголовное дело закрыто за неимением состава преступления…
Полное подтверждение большинства моих слов. Ну а с лешим я договорился. Да и не попрётся князь Назаров с ним беседовать, чего уж там.
Правда, остаётся сама княжна. Но если она и расскажет отцу чистую правду, то это вряд ли что-то изменит. Мои слова подтверждены – а вот её история будет воспринята бредом сильно пострадавшего человека.
Пока я читаю, Назаров смотрит в сторону и морщит лоб.
– Но как она туда попала? – спрашивает он внезапно. – Не может этого быть. Васильев – ничтожество… Хотя у него никто не стал бы искать, это да… Вот что, князь, – неожиданно обращается он ко мне. – Поскольку я всё же считаю, что должен вам, хочу… предупредить.
– Я вас слушаю, Виктор Алексеевич, – киваю, дожевав шоколад.
– Вы, разумеется, герой. Более чем… Простите, что я вам не поверил.
– Я всё понимаю.
