Светлана точно прилипла к креслу, оглушенная происшедшим. «Мама сойдет с ума, если узнает!» — свербила мысль провинившейся школьницы.
— Зачем же так, Петр Николаевич? — задала она единственный вопрос, когда они остались наедине. При этом пальцы, державшие дымящуюся сигарету, предательски дрожали.
— Так надо, — коротко ответил босс. — С завтрашнего дня вы больше не директор ювелирного магазина. Подыщите себе достойную замену. И начинайте переговоры с Балуевым, не откладывая в долгий ящик. На днях возвращается Поликарп. До его приезда мы должны заручиться поддержкой Мишкольца и Шалуна.
Он старался скрыть от нее тот необъяснимый, леденящий страх, который испытывал перед Поликарпом, но тщетно — Светлана уже догадалась, что причина всех перемен в деятельности Петра Николаевича кроется именно в этом страхе. Она первая начала убеждать его в необходимости союза с бывшими врагами и сегодня могла праздновать свой триумф.
— Я постараюсь склонить их на нашу сторону, — пообещала Светлана. На прощание не удержалась и спросила: — Надеюсь, между нами будут только деловые отношения?
— Разумеется. Даже не рассчитывайте на постель, я люблю баб посговорчивей и попышнее формами! — Он скривил рот, потому что улыбаться не умел.
Светлана оценила по достоинству его грубый юмор и пожала ему руку, как товарищу по оружию.
После отъезда разочарованных соратников переулок выглядел особенно пустынно, и только маленький «пежо» кремового цвета одиноко дожидался свою хозяйку. Садясь в машину, она оглянулась. Пит стоял у открытого окна второго этажа, наблюдая за ней.
— Не пугайтесь, если заметите слежку, — крикнул он. — Вас охраняют! Надо привыкать к новым реалиям, как любил говорить один неудачливый политик!
Она помахала боссу рукой, села за руль и включила зажигание…
А дурные вести продолжали сыпаться на Пита в этот день. Через полчаса после отъезда Светланы незнакомый мужской голос в телефонной трубке сообщил:
— У меня есть кассета с твоей кривой физиономией, Пит!
— Будь повежливей, дружок! Представься, кто ты?
— Не важно!
На экране определителя не высвечивался номер, значит, незнакомец звонил из телефонной будки.
— И что там? Петя в непотребном виде?
— Там про то, как ты идешь убивать Овчинникова! Если бы незнакомец сказал, что на кассете его четвертуют, он бы вряд ли так удивился.
— Откуда?
— От верблюда!
— Мне не нравится твой тон, дружок!
— А мне не нравишься ты!
— Дела так не делаются.
— Я не собираюсь иметь с тобой никаких дел!
— Сколько ты хочешь за кассету? Только называй реальную сумму.
— Мне не надо денег! — ошарашил тот. — Произведем обмен.
— Что ты хочешь?
— Девчонку.
— Ты обратился не по адресу.
— Не валяй дурака, Пит! Ты прекрасно знаешь, о ком идет речь!
Он и в самом деле сразу не сообразил, что тот намекает на его пленницу. От такой наглости Пит стиснул зубы, но сказал спокойно:
— А что будет, если наша сделка не состоится?
— Я отошлю кассету в прокуратуру республики, а копию — на телевидение.
— Мне надо подумать.
— Думай быстрей! Позвоню в пятницу…
Новость его огорошила, навалилась такой тяжестью, отдалась такой жгучей болью в кишках, что он даже присел на корточки.
Решил тут же поделиться этой новостью с Шаталиным — больше не с кем, — но телефон приятеля не отвечал.
Шаталин в это время припарковывал автомобиль возле ресторана «У Сэма».
— Вас ждут, — улыбнулся в рыжие усы молоденький швейцар.
Саня не удостоил его ответом, да и с улыбками в этот день у него тоже было напряженно.
— Вас ждут, — кивком лысой головы указал на закрытый кабинет знакомый метрдотель.
И ему он не мог предложить ничего, кроме утвердительного кивка.
— Я тебя жду уже битый час, — проскрипел Лось, никак, кроме этих традиционных слов, не отреагировав на появление Сани и сидя, по обыкновению, с откинутой на спинку кресла головой.
— Я был у мэра, за городом, — напрямик выдал Саня.
— Что тебя понесло в такую даль?
Он стоял перед боссом, как студент перед экзаменатором. Студент вытянул не тот билет и не знал, с чего начать.
— Садись, сынок, садись! — проявил заботу экзаменатор. — И рассказывай обо всем по порядку.
— Я виноват перед вами, Георгий Михайлович, — неуверенно начал Саня.
— Дело говори! — приказал Лось. — А не распускай сопли!
Он наконец открыл глаза и смотрел на парня холодно и отчужденно. Шаталин по-прежнему стоял, не решаясь присесть.
— Расслабься, Санек, — без улыбки велел «отец» и вдруг крикнул: — Рашид!
Саня дернулся от неожиданности и вышел из столбняка. Сел.
В кабинет вбежал человек восточного вида с маской вечной услужливости на лице.
— Закажи ему что-нибудь, — обратился Лось к Шаталину. — Водки, виски, я не знаю, для расслабухи.
— Есть хоро-оший теки-ила! — пропел восточный человек.
— Виски со льдом! — бодро заказал Александр.
— Вот таким ты мне больше нравишься, — похвалил старый босс и снова зажмурился, словно кот, услышавший ласковое слово.
— Все началось во время празднования моего юбилея, — в своей обычной, простой манере заговорил Саня.
— Это я уже понял. Наш Светлоликий подал тебе знак?
— Назначил свидание.
— Почему скрыл от меня?
— Хотел сам разобраться.
