— Держи! — С недовольным видом Лось передал бородачу ключи от кабинета и сейфа. Второй раз возникло желание послать все к чертовой матери, но теперь уже поздно, ведь те уехали. — Не вздумай выкинуть какой-нибудь финт! — предупредил на прощание босс, недоверчиво глядя в масляные глазки осведомителя, которого сам назначил распорядителем на собственных похоронах. — Я проверю!
— С Богом! — бросил на прощание Миша и долго махал им вслед рукой.
Когда пансионат исчез из виду, Георгий Михайлович приказал:
— Поедешь по Колымскому тракту!
— Зачем? — не понял компаньон.
— Там есть один хитрый поворот направо. Проселочная дорога, которая ведет прямо в аэропорт.
— Но ведь так ближе! — возмутился тот. — По Колымскому получится огромный крюк!
— Иногда бывает ближе то, что кажется дальше! — загадочно улыбнулся Лось.
— У тебя есть основания не доверять своему человеку? — встревожился Потапов.
— Оснований нет, но подстраховаться никогда не мешает. И потом, я не люблю действовать по чьей-то указке.
Он лукавил. Недоверие закралось в душу еще в клубе, когда бородач заикнулся о своей роли, отведенной в завещании. Второй раз он почувствовал что-то подозрительное, когда увидел машину, в которой они теперь выезжали на Колымский тракт. Не было никакой надобности подсовывать им эту трахому. И еще в голове без конца крутилась одна и та же фраза, оброненная Потаповым у окна, будто кто-то без конца включал магнитофонную запись: «А старичок не очень-то на тебя похож…»
Все это мелочи, пытался успокоиться босс, но чем дальше двигались они по Колымскому тракту, тем сильней становилась тревога. Хотелось курить. Он позволял себе иногда, в крайнем случае, выкурить одну сигаретку. Сейчас как раз был такой случай. Он полез в карман пиджака и даже зарычал от отчаяния, вспомнив о выманенном у него портсигаре. Мог бы обойтись без портсигара! Мало ли где я мог его оставить или потерять, размышлял босс. Что-то больно он был настойчив в отношении портсигара, этот козел! Прозрение вспыхнуло внезапно, как солнечный луч на дне колодца. На часах было сорок минут шестого. Что это значит? — спросил себя Георгий Михайлович. В половине шестого те должны были взлететь на воздух. Мы едем той же дорогой. И едем уже двадцать пять минут!
Видимость на дороге была прекрасная, но впереди ни дымка, ни какого другого намека на катастрофу. На спидометре — восемьдесят километров в час. Как ни торопится американский бизнесмен в свою свободную страну, но боится, что сцепление подведет. БМВ, конечно, преодолел этот участок гораздо быстрее.
По правую сторону тянулся бесконечный хвойный лес, по левую — картофельное поле с выкатившимся недавно из-за горизонта розовым шаром.
— Остановись! — крикнул босс.
— Что случилось?
— Мне надо выйти пописать, а то лес скоро кончится.
Машина остановилась.
— Не пойдешь со мной? — предложил он компаньону.
— У нас в Америке…
— Иди к черту! — хлопнул дверцей Лось, предварительно выудив из «москвича» свой саквояж.
Он быстро сбежал по невысокой насыпи и бросился к лесу. Добравшись до первых сосен, оглянулся. Потапов мирно сидел за рулем и пристально смотрел ему в спину, по-видимому, недоумевая, зачем тот прихватил с собой саквояж.
Георгий Михайлович стоял в обнимку с сосной и никак не мог отдышаться. Он хоть и сомневался в своей жуткой догадке, но все же в последний момент крикнул Потапову:
— Беги, дурак!
Тот как-то неловко встрепенулся, открыл дверцу, но было уже поздно. Потапов успел только поставить на землю ногу, как раздался оглушительный взрыв, и Лось своими глазами видел, как бизнесмена разорвало на части, и только нога в тяжелом американском башмаке так и осталась стоять на асфальте.
Черный дым косматым зверем поднялся к небу, пытаясь заглотить торчащий над полем розовый шар.
Босс опустился в траву, снял очки, вытер ладонью вспотевшее лицо.
— Ну и дурак! В наших местах один и тот же трюк два раза не проходит!
Эта назидательная речь адресовалась Потапову, будто он еще мог ее услышать.
Потом он встал, отряхнулся и углубился в лес.
Вечером того же дня Георгий Михайлович Лосев прилетел в Одессу. В аэропорту его встретила черная «Волга». И уже в машине ему предоставилась возможность обнять свою старуху и шепнуть ей тихонько на ухо:
— Америку я послал в задницу! Поживем пока здесь, а там видно будет!
Себе же еще в лесу дал клятву: «Я вернусь. Обязательно вернусь. Хотя бы для того, чтобы подпалить этому козлу его вонючую бороду!»
Миша дождался возвращения БМВ, которым распоряжался теперь по своему усмотрению. Выкинул оттуда старичка подставу с бриллиантовой серьгой в ухе. Серьгу бородач не забыл реквизировать и сунул ее в карман пиджака, к золотому портсигару. «Пусть попробуют мне не поверить, что я, только я теперь являюсь преемником босса! — тешил он себя мыслью. — Только своему преемнику Лось мог подарить портсигар Мишкольца!»
— Трогай! — крикнул он шоферу.
— Куда?
— В резиденцию!
— А хозяин в курсе? — робко поинтересовался шофер.
