Бородатый Миша неохотно шел на разговор, неудача в его флирте была налицо, а мужчины не любят признаваться в этом. Он делал вид, что вообще не понимает, о ком идет речь, пока Шаталин не пригрозил ему увольнением. Конечно, бородатый, как и следовало ожидать, все перевернул с ног на голову. Это девица весь вечер липла к нему, а он только и делал, что отбивался. Голос Миши при этом почему-то дрожал, и до Александра наконец дошло: он совершил непоправимую ошибку, позвонив заместителю домой. Рядом наверняка стоит, уперев руки в боки, дотошная супруга и с жадностью крокодилицы, присущей всем ревнивым женам, ловит каждое слово мужа.
— Этот бородатый козел сегодня не доится! — с досадой сообщил Шаталин.
— Козлы и в природе не доятся, — заметил Пит.
— Я узнал от него только, что вчера на самом деле был день открытых дверей и что девушка представилась ему Алисой. Кто она и как оказалась в клубе, он не знает.
Пока Саня пересказывал изнурительную беседу с замом, в гостиную вернулся Беспалый и чуть ли не на цыпочках прокрался к свободному креслу. Саня снова вгляделся в портрет преступницы и вдруг засомневался.
— А может, я ошибся? Та, в клубе, была светловолосой и носила чудную прическу, а здесь, — ткнул он пальцем в фоторобот, — ей вроде не хватает волос.
— Это она, можете не сомневаться, — подал голос следователь. — Во-первых, девка могла воспользоваться париком, а во-вторых, ту, которую мы ищем, тоже зовут Алисой.
— Алисой?! — удивился Шаталин и посмотрел на Криворотого так, что тот сразу понял: это касается только их двоих.
— Машина из морга пришла? — спросил босс.
— Сейчас придет.
Пал Палыч тоже не лишен был проницательности и давно заметил, что двух старых приятелей и преступницу связывает какая-то тайна, которую тщательно скрывают от него. Он приблизительно догадывался, что это может быть, потому что сохранил магнитофонную запись с голосом Серафимыча, ныне покойного. Месть — вот что заставило молоденькую девушку и старикана взяться за оружие! Для его же безопасности лучше, чтобы он никогда не узнал, в чем тут дело, но, с другой стороны, как же будет развиваться следствие, если от него прячут важную информацию и, возможно, даже ключевую.
— Пойду прослежу за погрузкой, — недовольно пробубнил он и вышел.
— Ну, что там у тебя? — сразу набросился на Шаталина Пит. — Ты так явно таращишь глаза, что наш многоуважаемый мент скоро составит на нас полное досье!
Саня пропустил последнее замечание Криворотого мимо ушей и загадочно произнес:
— Дочь Овчинникова звали не так.
— Откуда ты знаешь?
— Мне это сказал Витяй, перед тем как покончить с собой. Он следил несколько дней за домом Овчинникова по заданию Поликарпа и перехватил какое-то письмо, адресованное дочери председателя. Ее звали Настя. Это я хорошо запомнил… Так звать мою маму, — добавил он почти шепотом.
— Значит, Настя, — задумался Пит, что было ему несвойственно. — Витяй бы нам сейчас пригодился, — погоревал он. — Кому, на хрен, нужно было, чтобы он лез в петлю?
— Ему, Петя, нужно было. Ему. Кому же еще?
— На кой? Не понимаю…
— Я тоже не понимал… — многозначительно признался Шаталин. — Он мне в последнем нашем разговоре сказал: «Иначе не выжить». Это здорово врезалось мне в память.
— Что он имел в виду?
— Тогда я подумал, на Витяя подействовала гибель Макса, и он просто решил распрощаться с Поликарпом, тем более все чаще вспоминал завод, на котором мы с ним до армии проходили практику после ПТУ. А теперь мне кажется, он имел в виду совсем другое… — Александр неожиданно умолк.
— Договаривай!
— Ты опять будешь смеяться, Пит. Витяй считал, что нам не выжить после того, что мы натворили тогда в доме Овчинникова и до того.
— А кое-кто еще и после! — захохотал Криворотый. — И, как видишь, живем, брат! Живем! И не жалуемся! Тебе ли жаловаться, Санек, с твоим-то капиталом? Иначе не выжить, говоришь? Выжить! Еще как выжить! Всему миру на зависть! Брось сопли распускать! Витяй слишком много философствовал — и где он теперь? Сам посуди, что за ерунда получается! Говорит: «Иначе не выжить», — и лезет в петлю?
Саня ничего не ответил. Нечем было крыть. Он действительно многого в жизни достиг, и никто его не покарал — ни Бог, ни люди. А за окном ревел мотор машины: это увозили в морг мертвого Серафимыча. Одного из тех, кто хотел покарать. И что из этого вышло? Нет, не прав был Витяй, и правильно делает Пит, что смеется над философией жизни. Надо жить, а не философствовать. Он отстроит часовенку и замолит в ней все свои грехи.
— А тебе мальчик не снится по ночам?
— Что еще за мальчик? — ухмыльнулся Пит.
— Сын Овчинникова.
— Мне девочка снится по ночам, Саня, девочка, которую я проворонил тогда! И по моей вине теперь не стало Сереги! Кто бы мог подумать, что эта сучка вырастет и накормит всех дерьмом! Вот Поликарп-то не знает! А то бы сейчас рвал и метал! И мне бы все выговаривал, свинья! Уж это он любит — поучить жизни, почитать нотации. К старости становится совсем невыносим!.. Так вот, смотри, что получается: этой сучке было тогда всего двенадцать лет, а сейчас — семнадцать…
— Выглядит она постарше…
