— Вверх по служебной лестнице, как говорили раньше, — усмехнулась женщина и, прижимая к сердцу фотографию мужа, добавила: — Мой, был бы чуточку поумней, сейчас бы тоже… — Отвернулась, смахнула слезу, достала из сумочки носовой платок. — На кладбище когда иду, заранее платками запасаюсь, — улыбнулась сквозь слезы. — Не обращайте на меня внимания! Витя на самом деле добрый был, любил меня и мальчика тоже… Занимался чем-то нехорошим. Все в себе держал, ничем не делился со мной. Я уж просила его — расскажи. Он только цыкнет, бывало, и потом весь вечер сидит задумчивый. Это его и сломало. Уж столько времени прошло, а я все никак не успокоюсь! Все еще люблю… — Она развела руками и заревела навзрыд.
Настя не знала, куда ей деться. Уйти? Но ведь эта женщина знает всех. А она за целый год никого не нашла. Но и оставаться невыносимо. С женщиной уже истерика или вроде того. Настя застыла в нерешительности.
— Сейчас, сейчас, девушка, — по-детски замахала руками безутешная вдова, продолжая громко всхлипывать. — Сейчас, сейчас! Это нервы!
Настя молчала, не зная, что сказать. Женщина ее нисколько не растрогала. Она не умела держать себя в руках. Настя никогда бы не обронила слезы при постороннем! К тому же женщина являлась женой врага. Правда, врага, который сам себя уничтожил. Но все-таки врага.
— Вот и прошло! — с улыбкой сообщила жена врага. — У меня такое не часто бывает в последнее время. Что-то нашло. Сегодня же Витин день рождения. Наверно, поэтому.
— Вы мне не дадите хотя бы примерные координаты его друзей? — напомнила Настя.
— Да-да, разумеется! — Она взяла в руки фотографию самого здоровенного из пятерых, симпатичного парня. — Это Саша Шаталин. Они дружили с Витей еще с ПТУ. В тот роковой вечер перед самоубийством Саша был у нас. Они все что-то ссорились, кричали. Потом я спрашивала Александра: из-за чего? Он ушел от ответа. Вам тем более не скажет. Я — вдова его друга, а вы кто?
Она пристально посмотрела на девушку, отчего Насте стало не по себе. На миг показалось, что женщина сейчас разоблачит ее, но так думать было глупо, ведь та ничего не знала о причастности мужа к убийству в доме Овчинникова. Хотя могла бы и сопоставить факты — о гибели Настиных родителей передавали по телевизору, писали в газетах. Хотя до этого ли было ей, оглушенной собственным горем, да еще с грудным ребенком на руках?..
— И все-таки я хотела бы с ним встретиться, — как можно бесстрастней произнесла девушка, а внутри все клокотало: «Ну, давай же! Давай!»
— Саша теперь большой человек — президент фирмы «Экстра ЕАК». Слышали о такой?
— Да… кажется… — неуверенно ответила Настя.
— Конечно, слышали! Не могли не слышать! — возбужденно жестикулировала женщина. — Их рекламу даже по центральному телевидению пускают! Или как это сейчас называется?
— ОРТ, — подсказала Настя и полезла в сумочку, чтобы как-то унять дрожь в руках. Значит, монастыри восстанавливаем? Хотим в рай попасть? Я тебе устрою протекцию, паскуда!
— Остальных я знаю хуже, — предупредила женщина, — никогда с ними не общалась. Правда, они бывали у нас дома, и Витя про них много рассказывал. Они тоже воевали в Афганистане, а что может быть крепче армейской дружбы, да еще такой боевой!
«Умиляется так, будто рассказывает о детках старшей ясельной группы, а не о головорезах!» — все больше негодовала про себя Настя.
— Вот этот… — Женщина с нескрываемой нежностью перебирала фотографии. — Он здесь плохо получился. В жизни гораздо симпатичней. — С фото смотрел сурового вида молодой человек с насупленными кустистыми бровями. — Это Сергей Демшин. Он тоже поднялся. Директор зоомагазина «Пантера».
— А этот? — торопила девушка.
Парень с изуродованным лицом, запечатленный на фото, пугал ее больше других.
— К нему я не советую вам обращаться.
— Почему?
— Во-первых, с Петей Максимовских вряд ли удастся поговорить наедине, а во-вторых, не стоит ради установления истины подставлять собственную голову. Петя — человек мафии. Вы меня понимаете? Не последний человек.
— И все-таки я хочу знать! — настаивала та.
Безутешная вдова помедлила еще немного, поискала глазами сына, который расстреливал из игрушечного пистолета бюсты героев в аллее, и наконец сдалась.
Первая удача, неожиданно явившаяся в лице вдовы одного из убийц, была только маленькой частью задуманного. Потребовался еще почти год, чтобы приступить к свершению. Год бесконечной слежки, поиска сообщников, а также достижения совершенства в стрельбе из дамского револьвера.
И все же, как ни пугал ее криворотый Максимовских, как ни раздражал своей богоугодной деятельностью Шаталин, Настя в первую очередь поставила на Демшина, как на более доступного, а значит, более уязвимого.
— И я не прогадала, — гордо заявила девушка и улыбнулась с достоинством.
Просветлевшее окно детской уже позволяло разглядеть ее улыбку.
Федор сидел в глубокой задумчивости. Ему до сих пор не верилось, что два загадочных убийства замешаны на элементарном человеческом чувстве — на беспощадной стихии мести.
— Я не прогадала, — повторила Алиса. — Именно Демшин убил моих родителей!
— А это как ты узнала?
