На улице серьезно подморозило. Единственный плюс во всем этом деле, что воды под ногами стало гораздо меньше. Почти вся она трансформировалась в ледок. Делаю прозвон Санычу, он обещал по пути на базу подхватить меня. Все по плану. Отвечает, что через пятнадцать минут стартует с объекта и в течение часа будет у моего подъезда. Пусть комп работает, а я закину пока пельменей вариться.
Спустя круг, пройденной малой длинной стрелкой на часах, я в полной боевой готовности гашу свет в хате, проверяю, выключена ли плита, поворачиваю ключ в замочной скважине и лечу по лестнице вниз за зарплатой.
Улица обдает меня бодрящим, если мягко выражаться, ветерком. Саныча еще нет, успею выкурить сигарету. Солнце уже давно не излучает никакого тепла. Все, что от него осталось полезного – это свет. Ненавижу небесное светило в это время года. Прямо чувствуется, как оно говорит со своей недосягаемой высоты, «Готовьтесь, мать вашу!». Оно другое, абсолютно не такое, как летом. От его июньской приветливости и готовности убаюкать тебя вместе с теплым ветром не осталось и следа. Да все не такое, как летом! Блять, угораздило же меня родиться на северо-западе! Вся жизнь проходит в ожидании. В ожидании тепла. Ждешь, надеешься, думаешь, что вот-вот уже не за горами лето, уже скоро-скоро, да рукой, нахуй, подать, а потом хуяк, и оказывается, что это самое скоро уже здесь, и проносится мимо тебя со скоростью болида формулы один. Пытаешься ухватиться за него, запастись энергией июня июльевича августовского, но все тщетно. А все почему? Да потому что, из этих трех месяцев в наших широтах, от силы пара недель добротные, издали напоминающие летнюю поджарку. Остальное время – блядская свинцовая пленка вместо светила над головой, и вдобавок к этому дерьму, ебучие дожди. Было ли то же самое лет двадцать назад, или из поклон веков отсутствие стабильного качественного лета – проблема нашего региона? Мне почему-то кажется, что в детстве теплее, что ли было в весенне-летние месяцы. Хуй знает, может, просто кажется. Раньше ведь и осенне-зимний период не доставлял столько неудобств моральных. Было похер, что за окном. Интересно, почему сейчас не так?
Из-за трансформаторной будки выбегают с криками несколько пацанят. Двое из них тут же сцепляются и начинается возня на асфальте. Один из них явно проигрывает, орет и пытается выбраться из-под второго. Остальные издают своими писклявыми голосками различные звуковые сигналы, дополняя антураж к действу. Ситуация в выяснении отношений между теми двумя слегка меняется, когда к толпе пездюков подбегают еще два подстрелыша и за рюкзак стаскивают вероятного победителя схватки с его оппонента. Видимо, тот, который расправился со своим ровесником – топовый боец в их возрастной категории, но только в возрастной. В весовой он явно превосходит всех своих и врагов, и друзей, и просто присутствующих там одноклассников, или хуй знает, кем они там ему приходятся. Двое помощников тут же разбегаются в разные стороны, а малек, который в партере уступал борову, улучая момент, хватает свой школьный ранец и бежит в сторону моего дома. Хах, это же опездол сверху! Подбегая к парадной, видит меня, слегка притормаживает, сворачивает с асфальтной дорожки на газон, огибая меня на безопасном для себя расстоянии. Я ухмыляюсь и кидаю в его сторону окурок, который с небольшим фейерверком чиркая об его куртку, падает на землю. Уродец даже не замечает этого, рыщет в кармане, по ходу в поисках таблетки от домофона, а когда находит ее, молнией залетает в подъезд. Мне становится дико смешно. Перед глазами на репите крутится рывок ошарашенного малька с шапкой набекрень, и фейерверк из окурка. Я уже начинаю угорать по полной. Мой смех прерывает гудок газели. Саныч приехал. Запрыгиваю внутрь
– Чего такой веселый? – спрашивает Саныч и тянет мне руку
– Так хули грустить то, деньги сейчас будут, плюс к этому я на отдыхе. Чего еще нужно для счастья, – отвечаю ему и жму руку
– Возможно, – говорит Саныч и начинает рассказывать мне историю про то, как он чуть было не пополнил ряды лишенных прав за обгон по встречке на днях
– Ну и чего по итогу?
– Да, представляешь, мимо проезжал экипаж, остановился по каким-то своим делам, ну а меня уже оформлять начинают. А тут, бац, один из тех, ну вторых, что подъехали – друган мой, вместе служили. Точнее, как, он у меня в части служил. А позже выяснилось, что и тот, кто меня тормознул тоже десантура
– И чего, так отпустили?
– Спрашиваешь! Вот завтра с ними пойдем еще посидим куда-нибудь, мясо покушаем
– Повезло
– Да не то, чтоб прямо повезло. Понимаешь, у нас ведь все друг за друга, когда что, выручают
– Саныч, давай повеселее что-нибудь поставим, – дорожное радио буквально за пару минут вызвало к себе отвращение
– Пожалуйста, Данька, ставь.
Нахожу в бардачке флэшку с музлом. Надо не забыть забрать будет.
– Хм, ничего музыка, – ухмыляется Саныч.
Подлетаем к территории базы
– Ну чего, за капустой?
– Дань, я уже с утра получил свое
– Ну, тогда счастливо, Саныч! Спасибо, что подобрал! Через полтора года увидимся!
