И поцеловал. У него были требовательные губы и сильные руки, которые очень нежно трогали и ласкали ее тело. Лия мгновенно поплыла, словно бумажная лодочка по быстрой воде, успев только подумать: неужели это происходит со мной?! Лодочку несло и вертело потоком, так что Лия не успевала осознавать происходящее: только что они обнимались в коридоре – вдруг оказались в комнате… И вот уже совершенно раздетый Макс снимает с Лии юбку… Молния расстегнута, юбка съезжает на пол, и Лия переступает через нее… Встав на колени, он стягивает с нее трусики и обнимает за бедра, прижавшись головой к животу, а Лия смотрит на Макса сверху – бритая голова, загорелые крепкие плечи – и думает все то же: «Неужели… это происходит… со мной?!» Очередная волна выплескивает их на постель… И тут Лия вообще отключилась: лодочка утонула.
– Лиечка… Что с тобой? – шепот Макса щекотал ей ухо. Лия тряхнула головой и открыла глаза: Макс, улыбаясь, смотрел на нее. Лия медленно подняла руку и потрогала ямочку на его щеке, потом провела пальцем по губам, а Максим ухватил ее палец зубами и чуть прикусил. – Как ты, дорогая?
– Не знаю…
Он поцеловал ее и улегся на спину, а Лия повернулась, положила голову Максу на грудь и вздохнула: как теперь жить…
– Я люблю тебя! – вдруг сказал Максим. Лия тихонько рассмеялась:
– Ну конечно!
Он как-то напрягся, будто окаменел, и Лия подняла голову, недоверчиво разглядывая мрачное выражение его лица.
– Ты что… Ты обиделся?
– А ты как думаешь? Первый раз в жизни произношу эти слова, а мне не верят!
– Никогда не понимаю, серьезно ты говоришь или нет.
– Правильно, так мне и надо. Ну ладно, еще не вечер. Я, конечно, не с того начал. С вами надо по-другому.
– Как это – по-другому? И с кем – с нами?
– С вами – романтическими девушками. Как там у вас положено? Вздохи на скамейке и поцелуи при луне?
– Я не романтическая девушка. Я мать-одиночка без мотора.
– У тебя есть ребенок? А где он?
– Анютка на даче с родителями. Завтра поеду.
– А сколько ей?
– Одиннадцать.
– А где ее отец? – спросил Макс, нежно гладя Лию по спине – от прикосновения его теплой ладони по всему телу словно расходились легкие волны.
– Мы развелись. Давно.
– Твой бывший муж просто идиот, раз развелся с такой женщиной.
– Он не может быть идиотом. Он доктор наук.
– Кто он?! Каких наук? – Максим вдруг захохотал.
– Исторических! Да что смешного-то? – и, не выдержав, засмеялась сама.
– Он тебя бросил? Значит, вдвойне идиот.
– Мы друг друга бросили. Знаешь, руки разжали и – бум! Брак рухнул. Шесть лет прожили.
– Почему рухнул?
– Он археолог, каждое лето в экспедиции. А я с ним ездить не могла, дочка болела часто. Ну, и нашел там… свою настоящую любовь. Выходит, я была ненастоящая. Он, правда, быстро в ней разочаровался, хотел вернуться. Но я сказала – нетушки! Поезд ушел. Он за эти годы еще парочку настоящих любовей находил. Но нигде что-то не срослось.
– А потом? После мужа? Был кто?
– Встретила одного человека.
– Долго вы вместе были?
– Почти три года. Но… Мы виделись довольно редко.
– Он что, женат?
– Да, не свободен. Говорил, в той семье у него все кончено и не уходит он только из-за ребенка. Классика жанра. Я, правда, не настаивала. А потом… В общем, само как-то развалилось.
– И давно развалилось?
– Около года назад. А что ты меня допрашиваешь?! Какая тебе разница – кто, сколько! Про себя ни слова, а меня расспрашивает! Ну-ка рассказывай, что там у тебя было! И кто ты вообще такой?!
– Да ничего специального. Ой, сделай так еще!
– Как?
– Ты моргаешь, а мне щекотно от твоих ресниц – словно бабочка крылышком касается. У тебя такие невероятные глаза! Я понял, на что похожи по цвету – на виноград изабелла. Черные, но лиловые. И с серебряной пыльцой.
– Разглядел, наконец? А то сравнил с осколками неба – я удивилась: не голубые же!
– У тебя осколки ночного неба. Звездного ночного неба. Скажи, почему ты меня впустила? – вдруг спросил Максим.
– А почему ты вернулся?
Он рассмеялся и обнял Лию еще крепче:
– Потому что знал – ты откроешь.
Лия ахнула:
– Нет, ты просто невыносим! Твоя самоуверенность зашкаливает!
– Так почему же ты все-таки меня впустила, а?
– Ну хорошо, хорошо – я влюбилась! Доволен?
– Я счастлив. Ура! – заорал он в полный голос. – Она влюбилась в меня!
– Ты что так вопишь, с ума сошел?
– И сошел. Ты меня довела. Ну-ка, иди сюда! – Он притянул Лию к себе. – Нет, это просто невозможно, невозможно… Что же ты со мной делаешь, Лиечка…
Уже совсем в ночи он еще раз поцеловал ее, полусонную, и вздохнул:
– Знаешь, мне пора уходить.
– Оставайся…
– Если я останусь, ты всю ночь спать не будешь! А кто-то собирался завтра на дачу. На какое время тебе завести будильник, а? Лия? Спит совсем… На семь? Или раньше? Когда у тебя электричка?
– На семь…
