Идти было трудно: босиком по песку, к счастью, к ночи остывшему. Под ноги то и дело бросались мелкие крабы, выползавшие по ночам прогуляться по песочку. Не более чем через час после выхода, когда уже окончательно стемнело, я наткнулся на соревнования по футболу: индусы прямо на пляже, в цивильно огороженной коробке играли босиком в мяч. Были судьи и болельщики — все по правилам, между собой соревновались разные деревеньки штата Гоа. Чтобы скоротать время (до прибытия друга была еще целая ночь), я устроился на трибунах и стал наблюдать за происходящим. Но время перевалило за полночь, и соревнования окончились, после выявления победителей.
Я продолжил свой путь. Было совсем не холодно — несмотря на февральскую ночь. Неудивительно: я находился в нескольких градусах к северу от экватора.
Самолеты изредка садились и покидали аэропорт, но, по ощущениям, ближе он не становился: ночью все расстояния искажаются.
Вдруг я наткнулся на спасательную будку. Время было около двух ночи, и спасатели уже собирались спать. Чтобы не тревожить их, я попытался аккуратно проскользнуть мимо, но был замеченным.
— Эй, куда идешь? — поинтересовался кто-то из спасателей на английском.
— В аэропорт, — объяснил я. — Мне нужно быть там к утру.
— В аэропорт?! — удивились они. — До него же целых 12 километров.
— Ну ничего, часа за три дойду, — ответил я, порадовавшись, что полпути уже пройдено.
— Нет, так дело не годится, мало ли что с тобой случится. Давай к нам на станцию, поспишь до утра, потом пойдешь дальше, как рассветет.
Сопротивляться я не стал и повалился спать со спасателями. Но часов в пять проснулся, так как спешил на встречу. Уже забрезжил рассвет, и аэропорт стал казаться ближе. Стараясь не будить любезно предоставивших мне ночлег спасателей, я выбрался из станции и — на этот раз незамеченным — отправился в аэропорт.
А вот и Космос: бледный москвич, привезший мне тушенки и вести с родины.
Мы быстро залезли в разваливающуюся маршрутку и отправились в райцентр Маргао — узловую точку южного Гоа, покушать, закупить товаров и немного познакомить моего друга с Индией. Космосу повезло, что прилетал он не в Дели, а в относительно цивильный и чистый штат Гоа. Однако и то, что он увидел, немного его удивило, если не сказать шокировало. Многолюдность, легкая антисанитария, острая еда и жаркая — плюс пятьдесят по сравнению с Москвой — погода — все это казалось ему необычным.
Прибыв на рынок и прорвавшись сквозь толпу торговцев, мы спустились в заведение подвального типа, которое я назвал столовой, а Космос — с непривычки, конечно, — бомжатней.
Я уже разбирался в местной еде и заказал нам роти — индийские лепешки с подливкой. Космос слегка скривился, увидев и их, и то, как их готовят.
— Космос, это блины, — подбадривал его я. — Ешь давай.
Мой желудок уже давно адаптировался к подобной пище. Бледному московскому Космосу пока еще это все не было привычно. Недоев оладушки, Космос вернул их мне, отдав предпочтение жидкостям в бутылках. Ему следовало как следует проспиртоваться, чтобы не подцепить какую-нибудь заразу.
Мы разыскали бунгало, обосновались там и стали вести размеренную жизнь: я отдыхал от Индии, Космос — от Москвы.
Мой отдых скрашивала вкуснейшая тушенка, привезенная из России. Я поглощал мясо из банки с изображением священного животного — коровы, а индусов, проходящих мимо, это никак не заботило. Отдых Космоса скрашивал огромный кусок настоящего индийского чарраса, раздобытого им в результате честных торгов с нашим новым индийским знакомым, работником одного из прибрежных кабаков.
Ради эксперимента я подкармливал индийцев, у которых мы жили, гречкой, привезенной из Москвы. Говяжью тушенку я оставил себе. И дело было даже не в том, что я опасался оскорбить религиозные чувства индийцев. Большинство жителей штата, хоть и индийцы по происхождению, но не индусы вовсе. Португальские колонизаторы превратили местное население в католиков, понастроив им церквей и объяснив, как совершать основные ритуальные действа. Нет, все было гораздо проще: вкусную тушенку я мог и сам съесть, понимая, что в ближайшие несколько месяцев полакомиться ею мне вряд ли удастся. Гречка же пришлась гоанцам по душе. Несмотря на то, что родиной гречки являются предгорья Гималаев, в современной Индии о гречневой каше никто слыхом не слыхивал.
Со дня на день к нам должен был приехать третий наш друг, попутчик по старым путешествиям, настоящий мудрец Демин, который добирался до Гоа по земле из Дели.
Судя по его последнему письму, он намеревался прибыть лишь на следующий день днем, поэтому сильно удивил нас, нарисовавшись из темноты пошатывающейся походкой, пока мы сидели возле океана и изучали звезды, Космос — под пиво, я — под шум волн. Демин прибыл со своей подругой Машей, культурно отдыхать и путешествовать по Индии.
— Как добрался? — поинтересовались мы.
К тому моменту Демина уже сбивал грузовик в Иране, когда мы ехали в сторону Афганистана в 2010 году. В тот раз он отделался переломом ноги. Сейчас, подлечив свою сломанную конечность, он направился изучать Индию.
