То, в чем совпадали интересы обоих принцев, так это получение всяких афродизиаков. Поскольку они нуждались в этом для своего ритма жизни и оба были в некоторой степени ипохондриками, их всегда окружали многочисленные врачи — как традиционные индийские, так и европейские. Они обменивались ими, чтобы те лечили не только их самих, но и близких. Один слепой знахарь по имени Набина Сахиб часто посещал дворцы пенджабских принцев. Он обладал способностью определять болезни по пульсу пациентов. Поскольку женщинам из дворца не разрешалось показывать себя, а тем более позволять прикасаться к себе мужчине-врачу, чтобы определить, что с ними, этот знахарь приказывал им обвязать запястье веревкой и на расстоянии, вставив веревку себе в ухо, прослушивал их пульс. Точность его диагностики поражала европейских врачей.
Обход во дворцах начинался рано утром. Врачи устраивали прием в каком-нибудь специально отведенном помещении, а затем, обсудив различные признаки женских недугов, расходились по комнатам. За ними пристально наблюдали слуги, верные принцу. В некоторых случаях, для большей надежности, это были евнухи. Обычно врач разговаривал с больной через жалюзи или занавеску. Контакт лицом к лицу не допускался, хотя в экстренных случаях врачу разрешали просунуть руку под занавеской, чтобы послушать пульс. «Есть некоторые женщины, которые притворяются больными, чтобы добиться возможности пообщаться с врачом и дать ему пощупать свое запястье, — писал Николо Мануччи, итальянский врач, лечивший женщин из гарема императора Аурангзеба. — Врач просовывает руку под занавеской, и женщина начинает ласкать его руку, целует ее и нежно покусывает. Некоторые даже помещали ее у себя на груди…»
В начале двадцатого века индийские врачи продолжали подчиняться этим строгим правилам
Закончив консультации, с записями в руках врачи обычно информировали раджу, причем всегда в присутствии индийских знахарей. В Патиале, поскольку там было свыше трехсот женщин, у врачей не было возможности писать отчет о состоянии каждой из них, используя ее имя. Поэтому для облегчения процесса женщин нумеровали в алфавитном порядке. Махарани присваивали буквы: А, В, С, D, Е, R., а вторым женам, рани, присваивали цифры: 1, 2, 3, 4, 5… Прочих женщин, окружавших махараджу, врачи обозначали с помощью букв и цифр одновременно: Al, А2, Bl, В2, О, С2… Таков был порядок, благодаря которому раджа мог ориентироваться по списку, где значился вид недомогания с описанием жалоб, прогноз и рекомендуемое лечение.
Раджи посещали больных женщин, и не только «официальных» жен (дочерей из аристократических семей), но и сожительниц, происходящих из горных племен. Попав в
Движимый своим пристрастием к сексу, Бхупиндар использовал врачей для целей, не имеющих ничего общего с лечением. Помимо того что он знал, какие микстуры и вещества являются наиболее эффективными для продления эрекции, ему также хотелось узнать, существует ли способ вернуть молодость постаревшей любовнице, чтобы она оставалась для него такой же привлекательной, как в первый день. По свидетельству Джармани Дасса, Бхупиндару удалось добиться, чтобы врачи с помощью вагинальных инъекций достигли того, чтобы от тела женщин исходили чувственные запахи, вызывающие желание. Благодаря связям, предоставленным Бхупиндару его другом, раджей Капурталы, он нанял французских врачей, среди которых был и доктор Жозеф Доре с медицинского факультета Парижа. Этот врач занимался более серьезными операциями, включая и гинекологические, а Бхупиндар, будучи невероятно любознательным по отношению ко всему, что касалось секса, любил присутствовать во время их проведения.
Французские врачи осуществляли также и пластические операции, прежде всего на грудях. «Французские врачи были специалистами в этом искусстве и выполняли все точно по желанию раджи, который иногда хотел, чтобы груди были овальной формы, как манго, а иногда в форме груши. Когда у него возникала трудность в том, чтобы совершить половой акт с какой-нибудь из своих женщин, врачи были всегда готовы сделать операцию, чтобы облегчить проникновение».
